Глава Xl ОСОБЕННОСТИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И ТЕЧЕНИЯ ЗАБОЛЕВАНИЙ СИСТЕМЫ ПИЩЕВАРЕНИЯ В ПЕРИОД ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

Заболевания органов пищеварения в периоды войн встре­чались наиболее часто. Изучение заболеваемости в войнах прошлого столетия и начала XX столетия свидетельствуют об исключительно высокой заболеваемости и летальности от желу­дочно-кишечных заболеваний.

Общие указания на частоту заболеваний желудка в периоды войн мы находим в работах ряда видных отечественных клини­цистов. К. К. Зейдлин, касаясь частоты поносов у солдат в рус­ско-турецкую войну 1828—1829 гг., писал: «Пищеварительная способность у людей была или до того уничтожена, что вовсе не изменяла принимаемой пищи, или пища неспособна была изме­няться в желудке». В. А. Манассеин и Э. Э. Эйхвальд в разра­ботанной ими накануне русско-турецкой войны 1877—1878 гг. «Инструкции для охранения здоровья воинских чинов в дей­ствующей армии» указывали, что значительное место среди прочих заболеваний «занимают в армии больные желудочно-ки­шечным катаром».

Наконец, С. П. Боткин неоднократно указывал на то, что заболевания желудка среди прочих заболеваний составляют значительное место.

О довольно высоком удельном весе заболеваний желудка (гастрит) среди болезней внутренних органов свидетельствуют отдельные статистические материалы периода первой мировой войны. Так, по данным одного из госпиталей русской армии, во время первой мировой войны гастриты составили 18,8% всех заболеваний органов пищеварения, или 1,6% ко всем лечив­шимся.

Однако следует отметить, что приводимые статистические данные о заболеваниях желудка, относящиеся к первой мировой войне, далеко не полны.

них язвой желудка (как тогда называли язвенную болезнь же­лудка), а упоминаний о язве двенадцатиперстной кишки совер­шенно нет.

Успехи советской медицины, функциональное, физиологиче­ское се направление позволили подойти по-новому к раннему выявлению заболеваний желудочно-кишечного аппарата.

В клинике получили широкое применение новые функцио­нальные методы исследования, основанные на физиологическом учении И. П. Павлова. В результате уже в довоенный период времени советскими авторами были тщательно разработаны проблемы диагностики, лечения и профилактики желудочно-ки­шечных заболеваний в условиях армии. Поэтому с первых дней Великой Отечественной войны вопросы раннего выявления, ле­чения и профилактики заболеваний органов пищеварения за­няли надлежащее место. В настоящее время мы располагаем статистическими данными, свидетельствующими о том, что за­болевания системы пищеварения составили одну из наиболее часто встречавшихся в Великую Отечественную войну групп заболеваний.

Гастриты. Гастрит являлся наиболее часто встречавшимся во время Великой Отечественной войны заболеванием. По опуб­ликованным данным, гастриты составили 62,5—65,5% всех за­болеваний желудка. Следует только отмстить, что обычно к группе гастритов относили и функциональные заболевания же­лудка. Острые гастриты, в среднем, составили только 5% по отношению ко всем гастритам.

Возникновение и клиническое проявление как острых, так и хронических гастритов во время войны отличалось некоторыми особенностями. При острых гастритах с обычным для этого заболевания симптомокомплексом эта особенность заключалась в наличии выраженного болевого симптома. Почти у всех боль­ных острым гастритом обнаруживались боли самого различ­ного характера (тупые, острые, ноющие, режущие и т.

Течение хронических гастритов также отличалось некото­рым своеобразием. Оно заключается, во-первых, в том, что только 49,5% больных гастритом впервые заболели в период войны в армии. Остальные 50,5% страдали хроническим гастри­том уже в течение значительного времени, впервые заболев до поступления в Советскую Армию.

Клиническая симптоматология хронических гастритов также имела некоторые особенности. Наиболее частым симптомом за-

болевания являлись боли, носившие самый разнообразный ха­рактер (острые, тупые, ноющие, схваткообразные и т. п ). Они локализовались преимущественно в подложечной области и в верхней части живота, были довольно упорными, а иногда даже постоянными (24,5%). Большей частью боли появлялись в ран­ние (после приема пищи) сроки. Диспептическис явления (рвота, отрыжка, изжога, тошнота) при хронических гастритах наблюдались чаще, чем в мирное время. Наиболее часто отме­чалась рвота (у 69,4% больных, в то время как в мирное время только у 41,2%).

Гастриты обычно сопровождались нарушениями секреции, чаще — ее повышением (42,1 %); понижение кислотности или отсутствие свободной соляной кислоты наблюдалось в 30% слу­чаев. Рентгенологически выявлялась большая частота, резкость и стойкость изменений рельефа слизистой. Следует подчеркнуть, что очень часто обнаруживалось поражение выходного отдела желудка и луковицы. Складки слизистой обычно были утол­щены, грубы, ригидны, нередко изломаны, направление их было изменено. Во многих случаях рентгенологу удавалось констати­ровать длительные сокращения привратника. Наконец, необ­ходимо отметить, что хронические гастриты часто сопровожда­лись анемией, выраженной в той или иной степени.

Все это показывает, что в военное время проявление и тече­ние гастритов характеризовалось некоторым своеобразием, ко­торое обусловливалось рядо-м моментов, имевших большое эти­ологическое и патогенетическое значение.

Известно, что в условиях действующей армии существовало много факторов, предрасполагавших к заболеванию хрониче­ским гастритом — нерегулярный прием пищи, затруднения в подаче подогретой пищи, питание «сухим пайком», быстрая еда с недостаточным пережевыванием пищи, интоксикации и инфек­ции, влияние курения, алкоголя и многие другие.

Подтверждением сказанному может служить наибольшая заболеваемость гастритом в холодные периоды года, чаще среди рядового состава пехоты, боевая деятельность которых была связана, с одной стороны, с значительной физической на­грузкой, а с другой — с затруднениями в подаче горячей пищи на линию огня (П. И. Егоров).

Однако очевидно также, что учащение заболеваний и свое­образие в течении гастритов во время войны обусловливалось и нарушением функций центральной нервной системы (в резуль­тате резкого перенапряжения), в первую очередь коры голов­ного мозга.

И. П. Павлов даже в случаях «крайне резкого и совершенно как бы немотивированного расстройства пищеварительного ка­нала» советовал «думать... и о вмешательстве секреторно-задер- живающей нервной системы, приведенной в чрезмерное и ненор-

7 H. С. Молчанок мальное раздражение тою или иною причиною»^[XIX]. В условиях боевой обстановки немало факторов могло вызвать чрезмерное раздражение коры головного мозга, что приводило к наруше­нию функций этого важнейшего отдела центральной нервной системы и обусловливало нарушение взаимодействия коры и подкорки. В результате возникали нарушения функций различ­ных систем и органов, в том числе и пищеварительного аппа­рата.

205

Появление нарушений функций центральной нервной си­стемы в значительной мере определялось типологическими осо­бенностями высшей нервной деятельности того или иного инди­видуума.

Кортико-висцеральная теория происхождения хронических гастритов объясняет своеобразие симптоматологии заболеваний желудка в военный период, проявлявшееся, как было указано, в более выраженном болевом симптомокомплексе, связанном, по-видимому, со спастическими явлениями. Это подтверждалось и рентгенологическими данными.

Язвенная болезнь. Во время Великой Отечественной войны заболевания язвенной болезнью составили 6,0—8,8% по отно­шению ко всем желудочно-кишечным заболеваниям. Удельный вес подобных больных в госпитальной базе фронта достигал 21,3—24,6% (по отношению к больным системы пищева­рения).

В военное время в клинике язвенной болезни, так же как и других патологических состояний, можно было обнаружить ряд особенностей. Во-первых, изменилось соотношение язвенной бо­лезни желудка и язвенной болезни двенадцатиперстной кишки в сторону преобладания локализации язвы в двенадцати­перстной кишке. Во-вторых, чаще чем в мирное время наблю- дались, множественные язвы. В 1,4% случаев были обнару­жены множественные язвы с локализацией их в желудке, две­надцатиперстной кишке или в других отделах кишечника (рис. 47).

Одной из особенностей язвенной болезни военного времени было преобладание хронических, рецидивирующих форм. По данным ряда авторов (П. И. Егоров, И. В. Лебедев, И. П.Маг- дусиев) в первые годы войны число госпитализированных боль­ных по поводу язвенной болезни с довоенным анамнезом до­стигало 81,7—92,3%; только 7,7—18,3% больных относили на­чало своего заболевания ко времени пребывания на фронте. Данные одного из фронтов показывают, что среди больных язвенной болезнью, лечившихся в госпиталях в первое полуго­дие Великой Отечественной войны, у 81,7% был язвенный анам­нез; из этой группы больных 37,9% лечились до войны амбула­торно, 43,8% — в стационарах; у 30,6% имелись документы о

наличии в прошлом ниши^[XX]. По мере увольнения из армии по­добных больных общее число язвенных больных уменьшилось. Так, удельный вес больных язвенной болезнью среди всех боль­ных с желудочно-кишечными заболеваниями снизился с 29,1% в первый год войны до 18,5 в четвертый год (П.

Рис. 47. Две язвы двенадцатиперстной кишки.

Таким образом, в военное время заболевания язвенной бо­лезнью встречались так же часто, как и в мирное время. Более часты были обострения язвенной болезни.

Симптоматология язвенной болезни в годы войны также имела некоторые особенности. Прежде всего, при язвенной бо­лезни постоянно отмечался болевой симптом; боли отсутство­вали только у 0,6% больных. Характер болей был самый разно­образный. Их можно было разделить на две группы; острые, резкие, сильные боли и тупые, ноющие. В громадном большин­стве случаев боли были связаны с приемом пиши (83—84%). локализовались в подложечной области (81—84%) и возни­кали вскоре после еды (ранние боли в 61—64% случаев). Сле­дует подчеркнуть, что болевой симптом наблюдался как при гиперсекреции,так и при гипосекреции. Очень часто боли соче­тались с рвотой, наблюдавшейся также весьма нередко при яз­

венной болезни (90,5%). Во многих случаях в рвотных массах обнаруживалась примесь крови или они носили характер даже кофейной гущи (32,7% при язвенной болезни желудка и 18,3% при язвенной болезни двенадцатиперстной кишки). Нередко наблюдались отрыжка, тошнота, изжога. Пальпаторно в значи­тельном проценте случаев констатировалась болезненность, пре­имущественно в подложечной области (64—68%). Заболевание часто сопровождалось нарушением секреции, причем в поло­вине всех случаев (44% при язвенной болезни желудка и 59,8% при язвенной болезни двенадцатиперстной кишки) имело место повышение кислотности; пониженная кислотность оказалась в 12,3% при язве желудка и в 7,9% при язвенной болезни двена­дцатиперстной кишки; отсутствие свободной соляной кислоты соответственно — 8,5% и 4,1%, ахилия — 3,7% и 2,6%.

Сопоставляя данные секреции при язвенной болезни во вре­мя войны с подобными же данными довоенного времени, сле­дует констатировать увеличение числа больных язвенной бо­лезнью с пониженной кислотностью и особенно с отсутствием свободной соляной кислоты (П, И. Егоров). Рентгенологически не удавалось выявить какого-либо параллелизма между состоя­нием секреции и изменениями слизистой желудка. Обращала на себя внимание частота спастических замыканий привратника (64%), а также резкие нарушения тонической, моторной и эва- куаторной функций желудка. Спазм привратника отличался длительностью. Язвенные ниши у многих больных были необыч­но большими (И. М. Яхнич),

В большом проценте случаев язвенная болезнь сопровожда­лась гастритом.

Течение язвенной болезни также было необычным. Указан­ные выше симптомы язвенной болезни носили весьма стойкий и упорный характер, особенно болевой симптом, который трудно поддавался лечению диетой и другими методами. Помимо этого, язвенная болезнь военного времени значительно чаще сопрово­ждалась осложнениями. Так, число перфораций достигало 6,2% (чаще при язвенной болезни желудка); кровотечения (примесь крови к рвотным массам), как уже указывалось, на­блюдались в 32,7% при язвенной болезни желудка; стеноз при­вратника был обнаружен в 2,1% (не чаще чем в мирное время). Более углубленное изучение осложнений язвенной болезни по­казало, что перфорации и кровотечения в большинстве случаев наблюдались в войсковых соединениях. Это свидетельствовало о наличии определенного процента заболеваний, протекающих бессимптомно.

Влияние боевой обстановки на течение язвенной болезни подтверждается и английскими авторами (Стюарт и Унидзон). Авторы указывают, что в дни воздушных бомбардировок Лон­дона в период второй мировой войны частота перфораций при язвенной болезни увеличилась с 23 до 64 в день. Эти данные

основаны на изучении язвенных больных, поступавших для ле­чения в 16 лондонских больниц.

Отмеченное своеобразие в проявлении и течении заболева­ния требует объяснения. Как показал опыт Великой Отечест­венной войны, исключительно большую роль в возникновении и течении язвенной болезни у военнослужащих играли условия боевой деятельности войск. Нарушения регулярного питания, связанные с боевой обстановкой, в значительной мере влияли на изменения функционального состояния всего пищеваритель­ного аппарата. Огромное значение в возникновении и течении заболеваний желудка и в первую очередь язвенной болезни, имела повышенная эмоциональная напряженность, весь ком­плекс неблагоприятных условий боевой обстановки, сопрово­ждавшийся различного рода рефлекторными реакциями.

Школой И. П. Павлова и в первую очередь К. М. Быковым и И. Т. Курциным показан кортико-висцеральный генез язвен­ной болезни. Вследствие нарушения функции коры головного мозга в результате перенапряжения, перераздражения или столкновения процессов возбуждения и торможения резко из­меняется кровоснабжение, трофика стенки желудка и двена­дцатиперстной кишки. Это создает условия для переваривания участка стенки желудочным соком. C другой стороны, патологи­чески измененные участки желудка, богатые интсрорецепто- рами, посылают сигналы к коре головного мозга и тем самым влияют на функциональное состояние последней.

Все это дает основание считать, что учащение обострений язвенной болезни, изменения клиники этого заболевания с тен­денцией к нарушению моторной и эвакуационной функции же­лудка и с наклонностью к спазмам, с выраженным болевым симптомом, обусловливались кортико-висцеральным генезом за­болевания.

Болезнь Боткина. Болезнь Боткина наблюдалась во время Великой Отечественной войны довольно часто. Следует также указать на некоторое учащение заболеваний желчного пузыря (холецистит) и желчевыводящих путей (холангит).

Большая частота заболеваний болезнью Боткина в прошлые войны обусловливала появление различных наименований ее, как-то: «военная болезнь», «лагерная», «солдатская», «полевая» и т. п. Однако эти термины ни в какой мерс нс раскрывали ни патогенеза, ни этиологии болезни. С. П. Боткин первый указал на инфекционную природу заболевания, поэтому оно справед­ливо получило наименование болезни Боткина.

Известно, что еще Ларрей во время наполеоновских войн указывал на увеличение заболеваний желтухой в армиях раз­личных стран (Франция, Турция, Польша, Пруссия). Во время гражданской войны в Северной Америке (60-е годы прошлого столетия) из 2 217259 солдат и офицеров за 4 года переболело

инфекционной желтухой 52 427 человек. В франко-прусскую войну 1870—1871 гг. в одном из корпусов только за 3 месяца переболело около 3% солдат. В русско-турецкую войну 1877— 1878 гг., по словам С. П. Боткина, значительно участились за­болевания инфекционной желтухой. Большое распространение получила инфекционная желтуха (болезнь Боткина) в первую мировую войну в армиях почти всех воюющих стран. В русской армии в этот период было описано немало эпидемических вспы­шек (Чита, Одесса, Румынский фронт и т. д.).

Во вторую мировую войну в армиях зарубежных стран отме­чалась высокая заболеваемость инфекционной желтухой. В ан­глийской армии, например, в 1940 г. она достигла 4% среди офи­церского состава. В годы войны участились заболевания и в Со­ветской Армии; особенно возросла заболеваемость на 3—4-м году, когда советские войска оказались на территории против­ника.

Так, если в первый год войны число заболевших болезнью Боткина составляло 4,4%, то на третьем году оно достигло 34%, на четвертом — 39,2% всех страдавших заболеваниями печени в Великую Отечественную войну.

Заболевания инфекционной желтухой (болезнь Боткина) обу­словили необходимость глубокого изучения ее, тем более, что ряд весьма важных вопросов этиологии и клиники оставался не разрешенным. В результате комплексного изучения было под­тверждено положение С. П. Боткина об инфекционной природе заболевания. Было доказано, что инфицирующим началом является фильтрующийся вирус, находящийся в сыворотке боль­ных, в дуоденальном содержимом, в фекальных массах, в моче больных и в смывах носоглотки. Установлено также, что фильт­рующийся вирус способен размножаться в сыворотке крови че­ловека, что он нс обнаруживается под микроскопом и легко проходит через фильтр Зейтца, выдерживает замораживание и высушивание в течение нескольких месяцев и, наконец, вызы­вает заболевание после длительного инкубационного периода- Было выяснено, что вирус находится в крови заболевших в первые дни заболевания, когда желтухи еще нет, и в первые два дня после ее появления; в фекальных массах вирус обнару­живался как в преджелтушном периоде, так и в первые восемь дней болезни. Пути передачи инфекции еще недостаточно уточ­нены. Заражение подопытных животных можно было вызвать при различном введении материала, содержащего вирус, — при подкожном, внутрикожном, внутривенном и пероральном. Наиболее вероятен пероральный путь распространения ин­фекции.

В результате изучения этого заболевания в годы Великой Отечественной войны была установлена его сезонность. На раз­личных участках фронта встречались несовпадавшие по времени

вспышки заболеваний, однако в большинстве случаев они на­блюдались весной или в осенне-зимний период. Теснота размещения способствовала росту заболеваний болезнью Бот­кина.

В годы войны учение о клинике болезни Боткина было в зна­чительной степени углублено и дополнено. Если в довоенный период за начало заболевания обычно принимали появление желтухи, то во время войны было установлено, что в течении бо­лезни Боткина можно выделить четыре периода: инкубацион­ный (от 2 недель до 1,5 месяцев), прсджелтушный (1 — 10дней), желтушный (20—35 дней) и период реконвалесценции (7—14 дней).

Наблюдения советских врачей в послевоенный период вре­мени дополнили учение о болезни Боткина новыми данными. Было показано, что кишечный путь передачи инфекции является основным; парентеральный путь заражения хотя и имеет ме­сто, но значение его не велико. Распространению болезни Бот­кина и возникновению вспышек способствуют недостатки санитарного режима и поздняя изоляция больных. Были внесены коррективы и в представления о длительности от­дельных периодов заболевания. В частности, были вы­явлены случаи с более длительным инкубационным перио­дом и отмечено наличие затяжных форм желтухи (до 6—8 ме­сяцев).

Следует отметить, что диагностика заболевания в преджел- тушном периоде дает возможность изолировать больного и, сле­довательно, оградить от заболевания окружающих. Начальные клинические симптомы этой фазы заболевания были весьма раз­личны; иногда заболевание начиналось с желудочно-кишечных явлений (понижение аппетита, диспепгические явления, кишеч­ные расстройства), в ряде других случаев — с озноба, повыше­ния температуры и явлений со стороны верхних дыхательных путей, наконец, мышечных и суставных болей; у некоторых боль­ных этот период протекал бессимптомно. Весьма важным симп­томом преджелтушного периода является увеличение печени и болезненность ее при пальпации. Порой при наличии симптомов заболевания желтуха не развивалась. Это давало основание на­зывать такую форму безжелтушной формой болезни Боткина. Средняя продолжительность заболевания (включая и преджел- тушный период) во время войны достигала 46,8 дней, средняя продолжительность госпитального лечения по поводу болезни Боткина (следует учесть, что больные, в основном, госпита­лизировались только в желтушном периоде) равнялась 34,6 дня.

Течение болезни Боткина в годы Великой Отечественной войны было благоприятным: у 98,4% заболевших она заканчи­валась выздоровлением и в последующем излеченные возвра­щались в строй.