ИНТЕНСИВНОСТЬ КОНТАМИНАЦИИ И ДЛИТЕЛЬНОСТЬ СОХРАНЕНИЯ ВИБРИОНОВ ЭЛЬ-ТОР В ОБЪЕКТАХ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ

Л,В. Громашевский (1977) убедительно доказал, что при­чинами эндемичности классической холеры в Индии являлись наличие большого числа поверхностных водоемов в дельтах рек Ганг и Брахмапутра со стоячей или медленно текущей водой с повышенной щелочностью, а также благоприятные климатические условия и высокая плотность населения.

Наблюдения, проведенные во время VII пандемии холеры, обусловленной вибрионом Эль-Тор, в том числе и на терри­тории СССР, наглядно показали ведущую роль в ее распро­странении воды поверхностных водоемов [Бароян О.В. и др., 1973; Бароян О.В. и др., 1975; Мединский Г.М. и др., 1989].

Полученные данные о длительной персистенции вибрионов Эль-Тор в некоторых объектах окружающей среды (в воде поверхностных водоемов, содержимом канализации) поколе­бали традиционное представление об эпидемиологии холеры. Накопилось достаточно доказательств, позволивших экспертам ВОЗ уже в 1968 г., а также отечественным ученым [Бароян О.В. и др., 1975] считать поверхностные водоемы самостоятельной заражающей средой в распространении холеры Эль-Тор.

Взаимоотношения вибриона Эль-Тор с организмом чело­века характеризуются сменой паразитической и самостоятель­ной сапрофитической фаз существования этого микроорга­низма. Во время эпидемии холеры смена этих фаз происходит довольно быстро вследствие создавшихся благоприятных усло­вий для активного действия механизма передачи инфекции (человек — сточные воды — поверхностные водоемы — человек). В связи с этим возникают три вопроса: 1) как влияют эколо­гические факторы в различных объектах окружающей среды

на длительность сохранения и интенсивность выделения виб­рионов Эль-Тор; 2) каково фактическое распространение вибрионов Эль-Тор в объектах окружающей среды в различ­ных климатогеографических зонах; 3) каковы диапазон и направленность изменчивости вибрионов Эль-Тор в результа­те их пребывания в окружающей среде.

Вопросу сохранения холерных вибрионов, в частности вибрионов Эль-Тор, в объектах окружающей среды посвяще­ны многочисленные экспериментальные исследования отече­ственных и зарубежных ученых. При этом полученные резуль­таты весьма разноречивы. Так, по данным ВОЗ (1971), вибри­оны Эль-Тор в воде, взятой из поверхностных водоемов и простерилизованной, сохраняются при 30—32 ^oC на протяже­нии 7—13 дней, а в холодильнике (при 5—10 °С) — до 18 дней. В нестерильной речной воде выживаемость холерных вибрио­нов (в лабораторных условиях) ограничивалась 1—2 днями. По данным К.Г. Бичуля (1970), вибрионы Эль-Тор выживали в простерилизованной речной воде до 62 дней, а в эксперимен­тах С.М. Мухамедова и соавт. (1972) — более 6 мес.

Однако всесторонний анализ многочисленных опублико­ванных данных о сроках выживаемости холерных вибрионов в воде различного происхождения свидетельствует о весьма относительной их достоверности, так как приводимые резуль­таты таких работ основаны только на лабораторных опытах, в которых даже приблизительно не были смоделированы есте­ственные условия существования поверхностных водоемов со всем многообразием формирующих их экологических факто­ров и их возможным влиянием на вибрионы. В частности, в лабораторных опытах не учитывались различные биогенные факторы, микробные ассоциации и т.п., которые в силу ряда причин в естественных условиях в течение коротких проме­жутков времени могут подвергаться существенным колебани­ям. Например, установлено, что в солнечные дни повышается фотосинтетическая активность фитопланктона, что приводит к заметному смещению водородного потенциала воды в ще­лочную сторону. В пасмурные дни pH воды смешался в более кислую сторону. Эти колебания, как показали наши наблюде­ния в Астраханской области, при одной и той же эпидеми­ческой обстановке оказывали заметное влияние на показатели интенсивности выделения вибрионов Эль-Тор из воды повер­хностных водоемов: в солнечные дни интенсивность была заметно большей, чем в пасмурные.

Следует также учитывать, что такие экосистемы, как по­верхностные водоемы, в которые попадают холерные вибри­оны вне организма человека, за последние 3—4 десятилетия претерпели существенные изменения и стали особенно благо­приятными для существования различных представителей энтеробактерий, в том числе для вибриофлоры.

Существенный — более чем в 5 раз — рост населения в городах Советского Союза, происшедший на протяжении более полувекового его существования, вызвал резкое повышение употребления воды в городах. Это в свою очередь привело к увеличению объемов фекально-хозяйственных и промышлен­ных сточных вод. Исходя из средних гигиенических норм, легко представить, какое их количество ежесуточно попадает в раз­личные водоемы. Оно настолько велико, что даже при нали­чии очистных сооружений перекрывает реальные возможнос­ти обеззараживания, а самая совершенная биологическая очи­стка сточных вод не обеспечивает эффективного снижения микробного загрязнения. По обобщенным данным Г.И. Сидо­ренко и соавт. (1973), сальмонеллы в воде поверхностных водоемов обнаруживали в 25—35% исследуемых проб, шигел- лы —в 15%, энтеровирусы — в 30—34%. По данным А.З. За- хидова и И.И. Ильинского (1973), санитарно-техническая эф­фективность очистных сооружений в Узбекской CCP составляла от 13 до 86%; из 21 химического ингредиента очистными сооружениями промышленных предприятий задерживается только 7.

Постоянно растущее загрязнение водоемов химическими соединениями в результате увеличивающихся промышленных стоков, как правило, отрицательно влияет на процессы само­очищения воды. C одной стороны, эти процессы существенно нарушены в связи с огромным количеством бытовых стоков, за счет которых постоянно увеличивается поступление в водо­емы биогенных элементов (азота, фосфора и др.). C другой стороны, более совершенная очистка бытовых сточных вод, обеспечивающая разложение белков и других органических соединений, способствует тому, что биогенные элементы сточ­ных вод поступают в водоем в наиболее легко усваиваемой микроорганизмами форме.

Все это свидетельствует о том, что происходящие преобра­зования, связанные с ростом городов, урбанизацией и други­ми приведенными выше причинами, вызвали небывало ин­тенсивное загрязнение окружающей среды, в первую очередь — гидросферы. Следствием этого явилось изменение экологиче­ских условий в поверхностных водоемах, причем это измене­ние оказалось весьма благоприятным для жизнедеятельности

некоторых представителей энтеропатогенных микроорганизмов, в том числе холерных вибрионов. Именно в этом многие крупные ученые усматривают одну из основных причин ши­рокого географического распространения холеры [Бароян О.В., 1971; Бароян О.В. и др., 1973]. Поэтому результаты изучения длительности сохранения вибрионов Эль-Тор в воде пресных водоемов представляют несомненный интерес. Впервые такие наблюдения были проведены не в лабораторных, а в природ­ных условиях. В качестве объектов наблюдения были избраны 2 водоема на территории Астраханской области, «отшнуро- вавшиеся» от Волги после паводка и имеющие площади 7,2 и 250 га соответственно. Сразу после «отшнуровывания» (в на­чале июля) из воды этих водоемов были выделены штаммы вибрионов Эль-Тор. Попасть в водоемы они могли во время паводка из Волги. В дальнейшем эти водоемы не сообщались с рекой, существование каких-либо источников их загрязне­ния было полностью исключено. Вода этих вновь образован­ных водоемов была богата фитопланктоном, представленным 13 видами диатомовых, 20 видами зеленых, 2 видами пиро- фитовых, 10 видами сине-зеленых, 5 видами эвгленовых во­дорослей, качественный и количественный состав которых подвержен сезонным колебаниям.

Бактериологические и серологические (в РИГА) исследо­вания воды и ила проводили во все сезоны года по общепри­нятым методикам. В общей сложности было исследовано 1743 пробы воды и ила. В результате с мая по октябрь было выде­лено 29 штаммов вибриона Эль-Тор, 21 из которых был выделен в июне — августе; 28 штаммов вибриона выделили из воды, а 1 (в мае) — из ила.

В 32 случаях были получены положительные результаты РИГА с эритроцитарным антительным холерным диагности- кумом (в одном случае — при исследовании ила, в осталь­ных — проб воды). Дважды положительные результаты РИГА получены в январе, дважды — в феврале.

501 проба воды и ила из исследуемых водоемов была изу­чена на наличие фага; при этом выделено более 50 штаммов фага Эль-Тор как в летнее, так и в зимнее время.

Учитывая сроки полного отъединения исследуемых водо­емов от основного русла реки и исключение возможности их дополнительного инфицирования, был сделан вывод, что вибрионы Эль-Тор в воде поверхностных водоемов в природ­

ных условиях сохраняются по крайней мере до 14 мес (срок наблюдения). Хотя в зимний период вибрионы Эль-Тор выде­лены не были, имеется достаточное количество косвенных данных, свидетельствующих об их перезимовывании в воде водоемов: выделение в зимнее время бактериофага Эль-Тор из ила, а также выявление холерного антигена при помощи РИГА в январе — феврале [Бароян О.В. и др., 1975].

Не менее важной для эпидемиологии холеры представляет­ся судьба ее возбудителей непосредственно в сточных водах. Это связано не только с тем, что именно канализационные стоки являются основным источником контаминации холер­ными вибрионами поверхностных водоемов, но и с тем, что существовало много случаев повторного выделения вибрионов Эль-Тор из содержимого канализации при отсутствии в окру­жении во время таких находок больных холерой и вибрионо- носителей.

Многие наблюдения дают основания утверждать, что, не­смотря на выраженную микробную конкуренцию, в кана­лизационной системе иногда могут создаваться экологиче­ские условия, более благоприятные для вибрионов Эль- Тор, чем в воде поверхностных водоемов. К таким услови­ям относятся постоянная температура в канализационной сети — не ниже 16—18 °С, наличие слизистой пленки, вы­полняющей роль биологической защиты, и др. Сказанное подтверждает выделение вибрионов Эль-Тор из содержимо­го канализации в осенне-зимний и ранний весенний пери­оды, когда из воды поверхностных водоемов на тех же территориях эти микроорганизмы не были выделены ни в одном случае. Подобные исследования проводились в Пер­ми (сентябрь — октябрь), г.Горьком (февраль и апрель), Po- стове-на-Дону и Уральске (декабрь и февраль), г.Шевченко (ноябрь и январь) и др.

В сложные механизмы циркуляции вибрионов Эль-Тор в природных условиях могут быть вовлечены различные обита­тели водоемов: беспозвоночные, земноводные, рыбы, птицы.

Во время VII пандемии холеры вибрионы Эль-Тор обнаружи­вали в устрицах, креветках, рыбах, раках, лягушках. По дан­ным разных авторов, в живой речной рыбе вибрион Эль-Тор сохранялся при 20—22 ^oC до 8 сут, а в устрицах и раках при той же температуре — до 20 сут [Адамов А.К. и др., 1971]. Эти авторы, а также А.С. Марамович и соавт. (1975) во время эпидемических осложнений при холере выделяли вибрионы Эль-Тор из кишечника рыб. Установлено также, что в ор­ганизме головастиков травяных лягушек вибрионы Эль-Тор персистируют длительное время и выделяются с фекалиями в среду их обитания. В кишечнике взрослых лягушек возбуди­тель холеры при температуре 4 ^oC сохранялся до 6 мес [Ав- цын А.П. и др., 1976].

Интересные данные получены при исследовании птиц, экологически связанных с водоемами. Их инфицированность вибрионами Эль-Тор оказалась существенно выше, чем у птиц, не связанных с водой. В местах массового гнездования на во­доемах инфицированность птиц достигала 6,7% от общего числа исследованных особей. Вибрионы Эль-Тор выделяли из ки­шечника, желчного пузыря и испражнений этих птиц [Ме­динский Г.М. и др., 1989].

Приведенные материалы свидетельствуют о том, что все­сторонний анализ проблемы экологии возбудителя холеры в различных климатогеографических зонах страны представляет собой большой научный и практический интерес в плане обоснования объема и целенаправленности мероприятий по эпидемиологическому надзору и профилактике холеры.

C учетом изложенного были проанализированы распрост­ранение вибрионов Эль-Тор, интенсивность и сезонность их выделения из объектов окружающей среды на различных тер­риториях страны с 1970 по 1988 г., а также охарактеризованы свойства этих микроорганизмов в зависимости от объекта выделения, климатогеографических условий и эпидемической обстановки территории по холере.

Во время VII пандемии холеры вибрионы Эль-Тор из объек­тов окружающей среды выделяли в климатогеографических зонах и областях двух поясов — умеренного и субтропического. Перечень административных территорий по этим климатиче­ским поясам, областям и зонам, где из воды поверхностных водоемов, гидробионтов, обитающих в этих водоемах, и со­держимого канализации выделяли вибрионы Эль-Тор, пред­ставлены в табл. 21.

В общей сложности с 1970 по 1988 г. из воды поверх­ностных водоемов и сточных вод было выделено 22 859 штаммов вибрионов Эль-Тор (18 178 и 4681 штамм соот­ветственно), основное количество которых приходилось на континентальную Южно-Туранскую, горную Тянь-Шаньскую, горную Памиро-Алайскую и континентальную Восточно-Ев-

Таблица 2]

Распространение вибрионов Эль-Тор в объектах окружающей среды по климатогеографическим поясам, областям и зонам

ропейскую зоны (табл. 22). Количество изолированных штам­мов было неодинаковым в пределах одной и той же кли­матической области. Например, в Витебской области Бело­русской CCP был выделен 1 штамм вибриона Эль-Тор, а в Могилевской области — 104 штамма этого возбудителя; в климатической зоне Северного Кавказа на территории Ка­бардино-Балкарской ACCP за 1970—1988 гг. было выделено всего 4 штамма, а в Ростовской области — 498 штаммов вибрионов Эль-Тор.

Следует отметить, что объекты окружающей среды регу­лярно начали исследовать на наличие вибрионов Эль-Тор на абсолютном большинстве административных территорий

Количество штаммов вибрионов Эль-Тор, выделенных на территории водоемов и сточных вод в

Примечания. 1— исследования не проводили; 0 — результаты отрицательные.

І 36

различных климатогеографических зон СССР из воды поверхностных период с 1970 по 1988 г.

СССР с 1970 г. и только на некоторых —с 1965 г. До 1970 г. небольшое количество проб отбирали и исследовали в основном специалисты противочумных учреждений, распо­ложенных на весьма ограниченном числе административных территорий страны. В общей сложности с 1965 по 1969 г. было выделено всего 120 штаммов вибриона Эль-Тор: 116 — из воды поверхностных водоемов и 4 — из сточных вод. Эти результаты были получены всего на 16 административных территориях страны: в Каракалпакской АССР —с 1965 по 1969 г., в Бухарской, Хорезмской и Ростовской областях — в 1967 и 1968 гг., в Сырдарьинской области и Ташкенте — в 1968 и 1969 гг., в Ферганской области — в 1967 и 1969 гг., в Ташкентской области — в 1967 г., в Сурхандарьинской, Кзыл-Ординской, Уральской, Астраханской областях, в Дагестанской ACCP и Азербайджанской ССР—в 1969 г., в Грузинской ССР, в том числе в Аджарской АССР,— в 1965 и 1966 гг.

Начиная с 1970 г., когда резко обострилась эпидемическая обстановка по холере на нескольких административных терри­ториях страны, интенсифицировались исследования объектов окружающей среды, в первую очередь —воды поверхностных водоемов в отношении возбудителей инфекции, однако в целом таким исследованиям уделяли еще относительно недостаточ­ное внимание Именно этим можно объяснить тот факт, что в 1970 г. количество выделенных штаммов вибрионов Эль-Тор было, по сравнению с последующими годами, самым низким (284 штамма). В дальнейшем было не только увеличено абсо­лютное количество анализов материала, полученного из объек­тов окружающей среды, но и существенно расширена геогра­фия этих исследований в соответствии с эпидемической об­становкой по холере в стране.

Проведенный анализ позволяет прийти к заключению, что колебания числа выделяемых из объектов окружающей среды штаммов вибрионов Эль-Тор зависят от ряда факторов: кли­матических условий, гидрологической характеристики водо­емов и других экологических условий, эпидемической обста­новки и, наконец, от интенсивности исследований, далеко не однозначной по годам, территориям и объектам.

В общей сложности вибрионы Эль-Тор во время VII пан­демии холеры из объектов окружающей среды выделяли на 105 административных территориях страны. При этом время, на протяжении которого регистрировали выделение вибрио­нов на различных территориях, колебалось от 1—2 до 18— 19 лет, а с учетом результатов исследований, начиная с 1965 г.,—до 24 лет. Перечень этих территорий и годы, в про­должение которых из сточных вод и вод поверхностных во­доемов выделяли вибрионы Эль-Тор, представлены в табл. 23 и 24.

Длительность контаминации вибрионами Эль-Тор поверхностных водоемов на различных административных территориях СССР во время VII пандемии холеры (1970—1988)

Контаминация вибрионами Эль-Тор сточных вод на территории СССР с 1970 по 1988 г.

¹Данные до 1981 г.

Сточные воды были контаминированы вибрионами Эль-Тор в 135 населенных пунктах на 68 административных территориях.

Что касается воды поверхностных водоемов, то вибрионы Эль- Тор выделяли практически из всех экологических разновидностей этих объектов: из 388 рек и ручьев, 392 оросительных каналов и арыков, 266 водохранилищ, озер и прудов, 56 плавательных бассейнов, хаузов и артезианских скважин, а также из 6 морей.

Наибольшее число всех видов поверхностных водоемов было контаминировано в 2 климатогеографических зонах — горной Па- миро-Алайской и континентальной Южно-Туранской областях. Наибольшее количество рек, из воды которых выделяли вибрионы Эль-Тор, было в Украинской, Молдавской CCP и в горной Пами- ро-Алайской области, несколько меньше — в Поволжье и Закавка­зье. Из воды каналов и арыков вибрионы Эль-Тор выделяли пре­имущественно в 2 климатогеографических зонах — в горном Пами- ро-Алае и континентальной Южно-Туранской области (табл. 25).

Контаминация вибрионами Эль-Тор поверхностных водоемов различных климатогеографических зон СССР с 1970 по 1988 г.

Примечание. А — Азовское море, Ap — Аральское море, Б — Бал­тийское море, К — Каспийское море, Ч — Черное море, Я — Японское море.

Обращает на себя внимание увеличение количества конта­минированных водоемов в направлении с севера на юг в европейской части СССР, в Средней Азии и Казахстане, а также с запада на восток в Сибирско-Дальневосточном реги­оне страны.

Как было показано выше, из воды поверхностных водоемов на протяжении 1970—1988 гг. было выделено в общей сложнос­ти в 3,9 раза больше штаммов вибрионов Эль-Тор, чем из со­держимого канализации. Количественные показатели выделе­ния вибрионов Эль-Тор из воды поверхностных водоемов раз­ных климатогеографических зон не всегда совпадали с сум­марными показателями (по водоемам и сточным водам), приведенным в табл. 22. Например, если по суммарным показа­телям на 4-м месте по количеству выделенных штаммов нахо­дится континентальная Восточно-Европейская зона, то по ко­личеству штаммов, выделенных из воды поверхностных водо­емов, эта зона занимает лишь 13-е место. Такие же несовпаде­ния были отмечены в Украинской и Молдавской ССР, Поволжье. Не совпадают также данные по административным территори­ям, на которых из воды поверхностных водоемов и содержимо­го канализации выделяли вибрионы Эль-Тор, а также по дли­тельности контаминации вибрионами Эль-Тор этих объектов окружающей среды (см. табл. 23 и 24). Следует лишь отметить, что на всех без исключения территориях, где вибрионы Эль- Тор выделяли из содержимого канализации, они же выделя­лись и при исследовании воды поверхностных водоемов. Одна­ко далеко не всегда результаты этих исследований совпадали не только по климатогеографическим зонам, но и по годам выде­ления вибрионов Эль-Тор из тех или иных экосистем.

Количественные показатели результатов выделения вибри­онов Эль-Тор из воды поверхностных водоемов различных климатогеографических зон представлены в табл. 26.

Естественно, что более объективная характеристика, отра­жающая степень контаминации вибрионами Эль-Тор поверх­ностных водоемов, может быть проиллюстрирована данными по интенсивным показателям по конкретным климатогеогра­фическим зонам за отдельные годы наблюдений. Результаты такого анализа свидетельствуют о том, что абсолютное число штаммов вибрионов Эль-Тор, даже в те годы, когда было выделено их максимальное количество, далеко не соответ­ствовало так называемым показателям интенсивности, т.е. ко­личеству штаммов, выделенных на 100 исследованных проб. Например, максимальное количество штаммов, выделенных из воды поверхностных водоемов в зоне Северного Кавказа, приходится на 1975 г. (298 штаммов), а интенсивность их выделения составила 0,29. В 1974 г. в той же зоне было выде­лено 170 штаммов, но интенсивность выделения превышала соответствующий показатель 1975 г. в 1,3 раза и составила 0,4.

Количество штаммов вибрионов Эль-Тор, выделенных из воды и административных территорий

Примечания. 1— исследования не проводили; 0 — результаты исследо­ваний отрицательные.

поверхностных водоемов различных климатогеографических зон СССР в период с 1970 по 1988 г.

В 1980 г. эта различия были еще более выраженными: при выделении 118 штаммов показатель интенсивности равнялся 0,47. На территории континентальной Южно-Туранской зоны наиболее высокий интенсивный показатель (9,2) приходился на 1981 г,—из воды поверхностных водоемов было выделено 314 штаммов вибриона Эль-Тор, в то время как в 1979 г. в данной зоне было выделено 549 штаммов вибриона Эль-Тор, а показатель интенсивности в этом году, по сравнению с 1981 г., был в 1,5 раза ниже (6,0).

Приведенные расхождения абсолютных количественных и относительных показателей (показателей интенсивности) вы­деления вибрионов Эль-Тор из воды поверхностных водоемов могут быть объяснены двумя причинами: напряженностью эпидемической обстановки на территории той или иной зоны, а также абсолютным количеством исследованных проб.

Сводные данные об интенсивности выделения вибрионов Эль-Тор из воды поверхностных водоемов по климато геогра­фическим областям и зонам с 1970 по 1988 г. представлены в табл. 27.

Приведенные в табл. 27 данные свидетельствуют о том, что пики интенсивности выделения вибрионов Эль-Тор из воды поверхностных водоемов по различным климатогеографичес­ким областям и зонам не совпадают. Так, в Атлантико-Арк- тической зоне такой пик приходился на 1978 г., в Белорус­ской CCP— на 1987 г., в Украинской ССР—на 1970 г., в Поволжье — на 1971 г., на Северном Кавказе — на 1980 г., в континентальной Восточно-Европейской области — на 1979 г., в континентальной Северо-Туранской области — на 1988 г., в горной Тянь-Шаньской области — на 1974 г., в континенталь­ной Западно-Сибирской области — на 1976 г., в континен­тальной Восточно-Сибирской области — на 1981 г., в Закав­казской зоне — на 1987 г., в муссонной Дальневосточной зоне — на 1978 г., в горной области Памиро-Алая — на 1986 г. и в континентальной Южно-Туранской области — на 1981 г.

В некоторых климатогеографических областях и зонах СССР вибрионы Эль-Тор из воды поверхностных водоемов (на ос­новании средних показателей за все годы наблюдений) выде­ляли на протяжении всего года (например, в Украинской и Молдавской ССР), на протяжении 10 мес — на территории континентальной Южно-Туранской области, 9 мес — в гор­ной Тянь-Шаньской области, а по 8 мес в году — в конти­нентальной Северо-Туранской области и горной области Па­миро-Алая. Наиболее короткая продолжительность выделения — 4 мес в году — выявлена на территории континентальной Западно-Сибирской области, а по 5 мес —в 4 зонах и обла­стях: Атлантико-Арктической, континентальной Восточно- Европейской, континентальной Восточно-Сибирской и мус­сонной Дальневосточной (табл. 28).

Анализ данных по интенсивности выделения вибрионов Эль-Тор из воды поверхностных водоемов, представленных в этой таблице, свидетельствует о достаточно выраженной се­зонности, характерной для определенных климатогеографи­ческих областей и зон. Так, пик интенсивности выделения вибрионов Эль-Тор из воды поверхностных водоемов в Укра­инской и Молдавской CCP приходится на июль—сентябрь, на Северном Кавказе — на июнь — август, в Закавказье — на август — сентябрь, в горной Тянь-Шаньской и континенталь­ной Южно-Туранской областях — на июнь — сентябрь, в гор­ном Памиро-Алае и континентальной Западно-Сибирской области — на июнь — июль, в Поволжье — на июнь — август. Кроме того, отмечена вариабельность сезонной интенсивно­сти выделения штаммов вибрионов Эль-Тор в пределах одной климато географической зоны. Например, в целом в зоне Се­верного Кавказа пик интенсивности выделения растянут с июня по август, а в Ростове-на-Дону он приходится на май. В горной Тянь-Шаньской области максимальная интенсив­ность выделения вибрионов Эль-Тор отмечена с июня по сентябрь, а в Алма-Атинской области пик выделения отме­чался в августе.

Анализ сезонности выделения вибрионов Эль-Тор из воды поверхностных водоемов не позволил выявить безусловной зависимости полученных показателей от климатических усло­вий. Например, в самой южной из всех исследованных — континентальной Южно-Туранской области максимальная интенсивность выделения штаммов вибриона Эль-Тор (5,74) приходится на июль; на значительно более северной террито­рии — в Белорусской CCP самые высокие показатели интен­сивности выделения отмечены в мае (6,25). Надо полагать (и для этого имеется достаточно оснований), что на показатели интенсивности и сезонность выделения вибрионов Эль-Тор из воды поверхностных водоемов наряду с климатическими условиями существенное влияние оказывает эпидемическая обстановка по холере, о чем подробнее говорится ниже.

Различные аспекты контаминации вибрионами Эль-Тор поверхностных водоемов нельзя рассматривать изолированно от соответствующих показателей, полученных при исследова­нии сточных вод, сбрасываемых в эти водоемы, невзирая на то, что объемы исследований указанных объектов существен­но различались. Так, абсолютное количество исследований сточных вод было значительно меньшим, чем количество анализов воды поверхностных водоемов на любой админист­ративной территории. Это объясняется тем, что исследование сточных вод хозяйственно-фекальной канализации ограничи­валось сугубо эпидемиологическими показаниями, фактиче­ски без учета сброса этих вод в поверхностные водоемы. Осо­бенно сократилось количество исследований сточных вод в

Интенсивность выделения штаммов вибриона Эль-Тор из воды

Примечания. Данные только по: ¹Украинской ССР; ²Молдавской жикской и Киргизской ССР; ⁵Таджикской ССР; ⁶Турк таты исследований.

Таблица 27

поверхностных водоемов на территории СССР с 1970 по 1988 г.

(положительные результаты в %)

ССР; ³Омской, Новосибирской областям и Красноярскому краю; ⁴Тад- менской ССР; — исследования не проводили; 0 — отрицательные резуль-

-l≥χ

Таблица 28

Сезонность выделения вибрионов Эль-Тор из воды поверхностных водоемов на территории СССР с 1970 по 1988 г.

CA

конце 70-х годов и именно с этого периода количество штам­мов вибриона Эль-Тор, выделенных из данных объектов, резко уменьшилось (табл. 29).

Наибольшее количество штаммов было выделено в конти­нентальной Восточно-Европейской климатогеографической области — 1737, подавляющее большинство из которых (1667) выделено из сточных вод бани в г.Чапаевске Уральской обла­сти, где сложились особо благоприятные условия для дли­тельной жизнедеятельности вибрионов Эль-Тор [Алтухов А.А. и др., 1975]. В Украинской и в Молдавской CCP из сточных вод с 1970 по 1988 г. было выделено 776 штаммов, в конти­нентальной Южно-Туранской климатогеографической обла­сти — 528, в Поволжье —501 штамм, а в остальных областях и зонах — от единичных штаммов до 210.

Существенные различия выявлены в количестве выделен­ных штаммов вибриона Эль-Тор в зависимости от участков канализационной сети, из которых отбирались пробы для исследования. Наибольшее число штаммов — 56,34% — выде­лено из периферической канализационной сети, из очистных сооружений — 22,67%, из проб сточных вод до очистки — 16,82%, после механической очистки — 2,26% и после биоло­гической очистки — 1,91% от общего количества штаммов. Однако показатели интенсивности выделения вибрионов Эль- Тор (количество положительных результатов на 100 исследо­ванных проб) существенно не различались и составляли 0,89; 0,96; 0,73; 2,0 и 0,82 соответственно. Обращают на себя вни­мание не различия в абсолютном количестве выделенных штаммов, что связано с объемом исследований на различных участках канализационной системы, а факт выделения вибри­онов Эль-Тор из сточных вод после биологической очистки, причем интенсивность выделения здесь даже несколько выше, чем соответствующие показатели до очистки сточных вод.

Далеко не одинаковой оказалась и интенсивность выделе­ния вибрионов Эль-Тор из содержимого канализации в раз­ные годы в различных климатогеографических областях и зо­нах (табл. 30). Как свидетельствуют представленные в табл. 30 данные, интенсивность выделения вибрионов Эль-Тор из сточ­ных вод не зависит от климатических условий. Так, на одной из самых южных территорий страны — в Туркменской CCP — максимальная интенсивность выделения зарегистрирована в 1977 г. и составила 3,1% положительных результатов бактери­ологических исследований, а в климатических областях, рас­положенных значительно севернее (Восточно-Европейская и Северо-Туранская области), этот показатель был выше в 1 — 3 раза и более.

Обращает на себя внимание и тот факт, что показатели интенсивности выделения вибрионов Эль-Тор из сточных вод продолжают удерживаться на довольно высоком уровне на

протяжении 1 года —2 лет после ликвидации вспышек холе­ры. Наиболее вероятной причиной этого следует считать спо­собность вибрионов Эль-Тор длительное время сохраняться в канализационной системе, где в большинстве случаев имеют­ся для этого благоприятные экологические условия. Однако нельзя полностью исключить возможность существования оста­точных очагов холеры в виде невыявленных вибриононосите- лей или больных клинически стертыми формами холеры, являющихся источниками повторного контаминирования виб­рионами Эль-Тор сточных вод.

Так же как и по результатам исследования воды поверхно­стных водоемов, отмечена определенная сезонность выделе­ния вибрионов Эль-Тор из сточных вод. По средним данным, за 19 лет наблюдений на январь—март приходится 2,2% всего числа штаммов от общего количества выделенных во все се­зоны года, на апрель — май — 2,5%, на июнь — сентябрь— 92,1% и на октябрь — декабрь — 3,2%. Однако сезонные коле­бания показателей интенсивности выделения вибрионов Эль- Тор из сточных вод существенно различаются по климатоге­ографическим областям и зонам (табл. 31). Сезонность, так же как и длительность выделения вибрионов Эль-Тор на протя­жении года из сточных вод и вод поверхностных водоемов, мало различается, причем четкого различия зависимости се­зонных показателей от климатогеографических условий не установлено.

Во время VII пандемии холеры получены новые данные, наглядно иллюстрирующие эпидемическую роль различных видов гидробионтов при этом заболевании. Это подтверждает­ся результатами эпидемиологических обследований и бактери­ологических исследований устриц, креветок, рыб, раков, лягушек во время вспышек холеры.

В Советском Союзе в очагах холеры зараженность вибрио­ном Эль-Тор на 100 исследованных особей ракообразных и моллюсков составляла 3,45 штамма, свежей рыбы —0,19, рыбопродуктов — 0,55 штамма. Зараженность вибрионом Эль- Тор рыб и ракообразных, отловленных в местах сброса сточ­ных вод, варьировала от 1,4 до 29% [Мединский Г.М. и др., 1989]. Исследования гидробионтов проводили в основном на территориях Молдавской ССР, горной области Памиро-Алая, горной Тянь-Шаньской области, континентальной Западно- Сибирской области, континентальной Восточно-Сибирской области и муссонной Дальневосточной климатогеографичес­кой зоны. Полученные при этом результаты дают основание утверждать, что инфицирование гидробионтов выявлялось только на тех территориях, где отмечалась интенсивная кон­таминация вибрионами Эль-Тор поверхностных водоемов, т.е. мест постоянного обитания гидробионтов. Например, в Мол­давской CCP среднегодовые показатели интенсивности выде-

Количество штаммов вибриона Эль-Тор, выделенных из сточных вод

различных климатогеографических зон и областей СССР в 1970—1988 гг.

Интенсивность выделения штаммов вибриона Эль-Тор из сточных вод в

Примечания. Данные только по: ¹Украинской ССР; ²Молдавской ССР;

ления вибрионов Эль-Тор из воды рек (по материалам эпи­демиологических исследований 1971 — 1989 гг.) составили 0,16, а из воды озер, прудов и водохранилищ — 0,07. В этой респуб­лике с 1972 по 1986 г. было исследовано в общей сложности 5259 экземпляров гидробионтов; в результате был выделен лишь 1 штамм вибриона Эль-Тор из рыб в 1981 г. Среднего­довые показатели интенсивности выделения вибрионов Эль- Тор из поверхностных водоемов на территории континенталь­ной Западно-Сибирской области за 1972—1988 гг. составляли 0,8, континентальной Восточно-Сибирской области — 1,16, а на территории муссонной Дальневосточной зоны — 1,38. Хотя

Таблица ЗО некоторых климатогеографических зонах и областях СССР с 1970 по 1988 г.

(в процентах по отношению к положительным результатам исследований)

³Уральской области; ⁴Мангышлакской области; ⁵Алма-Атинской области.

на территории перечисленных климатогеографических обла­стей с 1972 г. по 1988 г. было исследовано 10 709 экземпляров гидробионтов (рыб, морских звезд, галатурий, морских ежей, моллюсков, ракообразных), ни одного штамма вибриона Эль- Тор от них выделено не было.

В противоположность приведенным результатам, в таких климатогеографических областях, как горная область Пами- ро-Алая и горная Тянь-Шаньская область, где среднегодо­вые показатели интенсивности выделения вибрионов Эль- Тор из воды различных видов поверхностных водоемов достигали 3,7 и 5,36, из гидробионтов было выделено с

Таблица 31 ^κ>Сезонные показатели интенсивности выделения вибрионов Эль-Тор из сточных вод на территории СССР с 1970 по 1988 г.

Показатели интенсивности и сезонности выделения вибрионов Эль-Тор (средние многолетние данные) из воды поверхностных водоемов и организмов гидробионтов

1972 по 1984 г. значительное число штаммов вибриона Эль- Тор, причем на протяжении того же времени, что и виб­рион Эль-Тор, который выделялся из воды тех водоемов, где отлавливались гидробионты, подвергавшиеся исследова­ниям (табл. 32).