СВОЙСТВА ВИБРИОНОВ ЭЛЬ-ТОР, ВЫДЕЛЕННЫХ ОТ ЛЮДЕЙ И ИЗ ОБЪЕКТОВ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ

Холерные вибрионы, выделенные на территории СССР от людей и из объектов окружающей среды с 1965 по 1991 г., соответствовали по своим свойствам роду вибрионов и виду холерных вибрионов по таксономическим критериям [Berdey’s manual of sistematic Bacteriology, 1984].

Выделенные в различных регионах СССР штаммы холер­ных вибрионов относились к биовару Эль-Тор. Несмотря на то что часть штаммов лизировалась классическим холерным фа­гом в диагностических разведениях и наблюдалась изменчи­вость других признаков, определяющих биовар, по совокуп­ности свойств они не могли быть отнесены к V. cholerae cholerae.

Вспышки холеры среди людей на разных территориях СССР, а иногда и на одной и той же территории в разные годы, а также единичные заболевания и вибриононосительство были обусловлены вибрионами Эль-Тор сероваров как Инаба, так и Огава. Штаммы серовара Гикошима выделяли от людей очень редко. Так, в 1970 г. в черноморских очагах (Одесса, Новорос­сийск и др.) холера была вызвана вибрионами Эль-Тор серо­вара Огава, а в волжско-каспийских очагах (Астрахань, Сара­тов и др.) — Инаба, и ни один из 2290 штаммов не был отнесен к серовару Гикошима.

В 1965, 1970 и 1971 гг., когда из объектов окружающей среды в очагах холеры в основном выделяли вибрионы Эль- Тор одного серовара с выделенными от людей, в Казахской, Таджикской, Туркменской CCP в объектах окружающей сре­ды обнаруживали штаммы вибрионов Эль-Тор обоих серова-

ров.

Таблица 51

Частота выделения вибрионов Эль-Тор различных сероваров из объектов окружающей среды в СССР*

Таблица 52

Частота выделения вибрионов Эль-Тор различных сероваров из объектов окружающей среды в разных регионах СССР в 1982—1991 гг.

* В табл. 51, 52, 61—66, 70, 71, 73 использованы материалы А.А. Кю- регян, Н.С. Огневой, Т.Н. Пономаревой и др. (1982—1991).

Такая ситуация характерна для всех регионов, где имеет место выделение из объектов окружающей среды вибрионов Эль-Тор. Исключение составляют территории Сибири и Даль­него Востока и Краснодарского края, где в 70-е и 80-е годы из этих объектов выделяют в основном вибрионы Эль-Тор серовара Инаба (табл.

Вибрионы Эль-Тор серовара Гикошима в 1982—1991 гг. составили 1,4—7,5%, а в среднем 3,8% от общего числа вы­деленных из объектов окружающей среды штаммов.

В отдельных случаях встречались вибрионы Эль-Тор, у ко­торых установить серовар было невозможно [Кюрегян А.А. и др., 1982-1991].

Фаготипирование вибрионов Эль-Тор, выделенных в СССР в 1965 и 1970 гг., проводилось по схеме Мукерджи (1970). При этом большинство штаммов было отнесено к фаговару 3, около 10% — к фаговару 1, единичные штаммы — к фаговарам 4 и 5, 10% не типировались.

После 1970 г. фаготипирование осуществлялось по схеме М.С. Дрожевкиной и Ю.И. Арутюнова. Подавляющее большин­ство обусловленных разными сероварами вибрионов Эль-Тор, выделенный как в черноморских, так и в волжско-каспийских очагах, относились к 13-му фаговару. К этому же фаговару в большинстве относились вибрионы Эль-Тор, выделенные в 1965 г. в Каракалпакской АССР, а также в Афганистане, что подтверждало версию о заносе холеры в СССР именно из этой страны. На втором месте по частоте встречаемости в 1965 и 1970 гг. были вибрионы Эль-Тор фаговара 14.

В 1971 г. также превалировали вибрионы Эль-Тор 13 фаго­вара, но увеличилось число относящихся к 14 фаговару и др. Нетипирующихся штаммов среди выделенных в 1970—1971 гг. было всего 13 из 2672 изученных.

Постепенно среди штаммов, выделенных от людей, стали чаще встречаться вибрионы Эль-Тор фаговаров 11, 15 и иног­да— 10, 17, 19. В последние годы превалируют фаговары 15 и 16, а также 19. Вместе с тем следует отметить постепенное увеличение числа нетипирующихся штаммов вибриона Эль- Тор, выделенных от людей. Так, в 1989—1991 гг. в общем по СССР не типировались 383 из 807 штаммов, что составило 47,4%.

В объектах окружающей среды в 70-е годы обнаруживали в основном вибрионы Эль-Тор тех же фаговаров, что в матери­але от людей. Однако постепенно частота встречаемости виб­рионов различных фаговаров менялась и разнообразие их воз­растало. Резко (до 41,1—69,6% по разным регионам) увеличи­лось число нетипирующихся штаммов, что, как и у вибрио­нов, выделенных от людей, было связано с изменчивостью их свойств, и в первую очередь — с устойчивостью к различным холерным фагам.

Таким образом, в течение VII пандемии холеры в СССР наблюдались существенные изменения в результатах фаготи*- пирования вибрионов Эль-Тор, выделенных как от людей, так и из окружающей среды.

Большой интерес представляют данные о вирулентности вибрионов Эль-Тор, выделенных в СССР. В 1970 г. на кро­ликах-сосунках была изучена вирулентность 36 свежевыде­ленных штаммов различного происхождения. Из них 35 оказались холерогенными и вызывали типичный синдром в дозах IO²-IO⁴. Гибель наступала в основном в течение су­ток, количество вибрионов в 1 мл кишечного содержимого достигало IO^fi-IO⁹. Разницы в холерогенности культур, вы­деленных от больных людей, вибриононосителей и из ок­ружающей среды, не было.

В табл. 53 представлены обобщенные данные о результа­тах определения комплексным методом вирулентности виб­рионов Эль-Тор, выделенных в 70-е годы на ряде террито­рий из различных объектов. Подавляющее большинство штаммов, выделенных как от больных людей, так и от вибриононосителей, были вирулентными, 5,7% — от боль­ных и 4,7% — от вибриононосителей оказались авирулент- ными, остальные — слабовирулентными. Почти 50% штам­мов вибриона Эль-Тор, выделенных из сточных вод, также были вирулентными, тогда как среди штаммов из воды поверхностных водоемов 87,7% были авирулентными и 11,4% — вирулентными.

В табл. 54 приведены данные Г.М. Мединского, А.Г. Сомо­вой, Б.П. Голубева и соавт. (1982) о вирулентности вибрионов Эль-Тор, выделенных из различных объектов в период вспы­шек холеры и на территориях, где заболеваний холерой не было.

Из таблицы видно, что в очагах холеры подавляющее большинство штаммов вибриона Эль-Тор как от людей, так и из окружающей среды были вирулентными (98,5%). В то же время вне очагов холеры все штаммы из сточных вод и 96,3% из воды поверхностных водоемов были авиру- лентны.

Снижение или утрата вирулентности в значительной степе­ни коррелировали с наличием изменчивости других свойств у вибрионов Эль-Тор.

Вирулентность вибрионов Эль-Тор, выделенных из различных источников в некоторых регионах СССР в 1970—1978 гг. (Сочи, Николаев, Ворошиловград, Ялта, Кишинев; Узбекская CCP)*

Таблица 54

Вирулентность вибрионов Эль-Тор, выделенных из различных источников в 1970—1978 гг. во время вспышек холеры и при отсутствии заболеваний

* Данные Г М. Мединского, А.Г. Сомовой, Б.П. Голубева и соавт. (1982).

Вирулентность типичных и атипичных штаммов вибрионов Эль-Тор,

Среди типичных штаммов большинство были вирулентны­ми, тогда как среди атипичных вирулентные составляли при определении in vivo у штаммов ОТ больных людей 2/3, ОТ вибриононосителей — менее 1/2- При этом процент вирулент­ных штаммов при определении in vitro был выше, чем при заражении кроликов-сосунков.

В табл. 56 суммированы данные о вирулентности вибрионов Эль-Тор, выделенных из объектов окружающей среды в 1970— 1988 гг. на территории СССР. В 1970—1981 гг. вирулентность была определена in vitro, а в 1982—1988 гг. — in vitro и in vivo. На крольчатах было изучено меньшее число штаммов, однако в сумме было использовано более 1300 животных.

Из данных табл. 56 видно, что в течение 18 лет преобла­дали авирулентные вибрионы Эль-Тор и только в 1971 г. пропент вирулентных штаммов вибриона Эль-Тор при опре­делении in vitro превышал процент авирулентных (53,6 про­тив 44,0). C 1970 по 1975 г. количество вирулентных штаммов, выделенных из внешней среды, составляло десятки процентов (от 10,6 до 53,6), с 1976 г. и включая 1982 г. было в среднем менее 10% с колебаниями от 2,3 до 6,5%. Наконец, начиная с 1983 г. вирулентные штаммы составляли всего 0,1 —1,2%.

выделенных из различных источников в СССР в 1970—1978 гг.

При сопоставлении результатов исследований, проведен­ных in vivo и in vitro, следует, что в опытах на кроликах- сосунках среди вибрионов Эль-Тор, выделенных из объектов окружащей среды в 1982—1988 гг., вирулентные штаммы обнаруживали редко, но чаще, чем при использовании фаго­вого метода, и с течением времени эта разница увеличивалась. Так, в 1985 г. количество вирулентных штаммов при опреде­лении in vivo было в 5 раз больше, чем in vitro, а в 1988 г.— в 28 раз (14% против 0,5%).

В последние годы существенная разница в результатах оп­ределения вирулентности двумя указанными методами наблю­далась в некоторых очагах холеры и у вибрионов Эль-Тор, выделенных от людей. Так, в 1991 г. во время вспышки холеры в Одесской области при изучении штаммов, выделенных от людей, вирулентными in vitro оказались 7 из 560 (1,25%) и авирулентными — 468 (84,0%). В то же время при заражении крол и ков-сосун ков 18 из 20 изученных штаммов дали выра­женный холерогенный эффект. Причина такого несоответствия, вероятно, связана с устойчивостью части штаммов вибрионов Эль-Тор к холерным фагам [Ломов Ю.М. и др., 1992].

Расхождение результатов определения вирулентности ука-

занными двумя методами отмечено при характеристике суб- культур, выделенных от одного и того же человека. Так, от вибриононосителя П. было выделено 27 культур вибрионов Эль-Тор. При изучении in vitro все штаммы были определены как вирулентные. У кроликов-сосунков синдром холерогенно- сти вызвали 7 из 12 изученных штаммов, в том числе 4 штам­ма, находившихся в R-форме. Невирулентными in vivo были 3 штамма из испражнений, 1 — из желчи [Дрожевкина М.С. и др., 1978].

Что касается вирулентности вибрионов Эль-Тор, выделяв­шихся в различных регионах СССР из объектов окружающей

Таблица 56

Вирулентность вибрионов Эль-Тор, выделенных из объектов окружающей среды в СССР в 1970—1988 гг.

Примечание. Полными данными о результатах определения вирулентно­сти вибрионов Эль-Тор, выделенных из объектов окружающей среды в 1970— 1981 гг. на всей территории СССР in vivo, мы не располагаем. B табл. 56 и 60 использованы материалы Г.М. Мединского, М.И. Наркевича, Ю.М. Ломо­ва и соавт. (1991) и А.А. Кюрегян, Н.С. Огневой, Т.Н. Пономаревой и соавт. (1982-1991).

среды, то вирулентные, холерогенные штаммы чаще обнару­живались в европейской части и на Кавказе. Это, очевидно, было связано с тем, что вспышки холеры среди людей возни­кали в основном в этих регионах [Мединский Г.М. и др., 1990]. В Сибири и на Дальнем Востоке из окружающей среды виру­лентные вибрионы Эль-Тор были выделены также только в пе­риод вспышек холеры среди людей [Пинигин А.Ф. и др., 1989].

Данные о вирулентности вибрионов Эль-Тор, выделенных из объектов окружающей среды в 1982—1991 гг., суммирова­ны в табл. 57.

Таблица 57

Вирулентность вибрионов Эль-Тор, выделенных в 1982—1991 гг. из объектов окружающей среды в различных регионах СССР

* Изучены не все штаммы.

За указанный период в Сибири и на Дальнем Востоке, в Казахской, Туркменской, Таджикской и Киргизской CCP не было обнаружено in vitro ни одного вирулентного штамма. Один вирулентный штамм вибриона Эль-Тор был обнаружен в этот период в Узбекской ССР. При изучении штаммов на кроликах-сосунках было выявлено 5 холерогенных в Узбек­ской и 1 — в Таджикской ССР.

В европейской части СССР и на Кавказе вирулентные штаммы вибриона Эль-Тор, выделенного из объектов окружа­ющей среды, при определении in vitro составили соответ­ственно 2,3 и 3,2%. In vivo было выявлено 27 холерогенных штаммов в европейской части и 17 — на Кавказе.

Как известно, гемолитическая активность не рассматрива­ется в настоящее время как дифференциальный признак, присущий вибрионам Эль-Тор в отличие от классических холерных вибрионов. Вместе с тем выявлена несомненная

обратная связь между способностью вибрионов Эль-Тор лизи­ровать эритроциты барана в пробе Грейга и холерогенностью. Это определяет большой интерес к проявляемой гемолити­ческой активности.

Имеющиеся материалы свидетельствуют о том, что в пери­од VII пандемии холеры вспышки этой инфекции в СССР и в большинстве случаев единичные заболевания были обуслов­лены негемолитичными вибрионами Эль-Тор. В табл. 58 пред­ставлены данные о выделении гемолитичных вибрионов Эль-

Таблица 58

Частота выделения гемолитичных штаммов вибриона Эль-Тор от людей на некоторых территориях СССР в 1970—1971 гг.

Top от людей в 1970—1971 гг. Из нее видно, что такие штам­мы были выделены на европейской части СССР лишь в 5 из 18 административных территорий, где имели место случаи заболевания холерой и вибриононосительства. Частота выделе­ния их была очень небольшой (0,3—1,9%), и лишь в Гурьеве и Донецке она составила соответственно 6,9 и 8,5%.

По 1 гемолитичной культуре было выделено в Ленинграде и Ростове-на-Дону. Не были выделены гемолитичные культу­ры вибрионов Эль-Тор на Кавказе и в некоторых других ре­гионах.

При сравнении частоты выделения гемолитичных вибрио­нов Эль-Тор от людей и из объектов окружающей среды по ряду регионов в период с 1970 по 1984 г. (табл. 59) следует, что от больных холерой людей их выделяли редко (0,8—6,4%), от вибриононосителей — в 13,5—15,9% случаев, чаще всего их обнаруживали в воде поверхностных водоемов (20,8—62,1%). Из сточных вод гемолитичные вибрионы выделяли чаще, чем от людей, но значительно реже, чем из воды (21,3%).

Частота выделения гемолитичных вибрионов Эль-Тор из окружающей среды превышала тот же показатель у больных холерой на одних и тех же территориях в одни и те же годы в 8,9—26,0 раза, а у вибриононосителей — в 1,5—4 раза.

Таблица 59

Сравнительная частота обнаружения гемолитичных холерных вибрионов, выделенных от людей и из объектов внешней среды (в %)

Частота обнаружения негемолитичных вибрионов Эль-Тор в объектах окружающей среды в СССР с 1970 по 1991 г. (в %)

Как указывают Г.М. Мединский, М.И. Наркевич, Ю.М. Ло­мов и соавт. (1991), в процессе VII пандемии холеры относи­тельное количество гемолитичных вибрионов Эль-Тор в окру­жающей среде изменялось. Так, в 70-е годы процент гемоли­тичных штаммов колебался от 58,1 до 83,8, а в 1984, 1988 и 1989 гг. он составлял соответственно 98,6; 97,9 и 97,8% (табл. 60). В некоторой степени это было связано с тем, что возросло удельное содержание штаммов вибриона Эль-Тор, выделен­ных в Казахской CCP и Средней Азии, где гемолитичные вибрионы преобладали в течение всего исследуемого периода. Однако имело место и несомненное относительное увеличе­ние числа гемолитичных культур, выделенных в других реги­онах СССР. Кроме Казахской CCP и Средней Азии, в 80—90-е годы выделяли очень мало негемолитичных вибрионов Эль- Тор в Сибири и на Дальнем Востоке и больше на европей­ской территории СССР и на Кавказе (табл. 61).

По данным А.А. Кюрегяна, Н.С. Огневой, Т.Н. Пономаре­вой и соавт., из 331 штамма негемолитичных вибрионов Эль- Тор, выделенных в 1982—1989 гг., только 115 были типичны­ми по основным свойствам; 21 штамм оказался холерогенным на кроликах-сосунках, 20 из них были выделены в Ростов­ской, Астраханской, Волгоградской и Одесской областях и в Азербайджанской ССР, 1 — в Узбекской ССР. Большинство негемолитичных культур вибрионов Эль-Тор из окружающей среды в этот период были выделены в очагах холеры.

В 1990 г. и особенно в 1991 г. число гемолизнегативных штаммов вибриона Эль-Тор, выделенных из окружающей среды, несколько возросло по сравнению с 1988 и 1989 гг.,

что было связано с заносными вспышками холеры в Ставро­поле и в Украинской ССР. В 1990 г. все 20 негемолитичных штаммов, выделенных из окружающей среды в очагах холеры, были вирулентными in vitro. В то же время большинство не­гемолитичных штаммов из окружающей среды, выделенных вне очагов холеры (27 из 34), были невирулентны.

В 1991 г. — в период вспышки холеры в Украинской CCP —

19 из 23 изученных негемолитичных штаммов вибриона Эль- Тор от людей были холерогенны на кроликах-сосунках. Из 78 негемолитичных штаммов из объектов окружающей среды, выделенных в очагах холеры, ни один не был вирулентен in vitro, но 8 изученных были холерогенными in vivo. Из

20 штаммов вибриона Эль-Тор, выделенных вне очагов, ви­рулентными in vitro были 7 и in vivo (на крольчатах) — 3 изу­ченных [Ломов Ю.М. и др., 1992].

Наряду с характерным отсутствием гемолитической актив­ности у вибрионов Эль-Тор, выделенных от людей, имели место и случаи выделения от больных и вибриононосителей гемолизположительных штаммов: практически ежегодно (с 1987 по 1991 г.) — в Узбекской CCP в течение ряда лет по 1 или 2 в Туркменской ССР, в 1989 г.— в Астрахани (3) и Азербай­джане (2), в 1991 г.—в Кисловодске (3), Мариуполе (3), Запорожской области (10), Одесской области (4), Молдавской CCP (2) и т.д. Гемолизположительные вибрионы Эль-Тор, выделенные от 11 человек в Узбекской CCP в 1990 г., не были вирулентны. Такие же штаммы, выделенные от людей в 1991 г. в РСФСР, Украинской, Молдавской, Узбекской и Туркменской CCP (табл. 62), также не были вирулентны.

Частота выделения гемолитичных вибрионов Эль-Тор от людей в 1990—1991 гг. составляла всего 6,7—5%, тогда как среди штаммов, выделенных из окружающей среды, почти такой же процент —5,6 и 9,7 — составили негемолитичные штаммы.

Таким образом, на всем протяжении VII пандемии холеры в СССР от людей в подавляющем большинстве случаев выде­ляли негемолитичные вибрионы Эль-Тор. Гемолизположитель­ные вибрионы от людей выделяли лишь на отдельных терри­ториях, в основном в Средней Азии, но иногда и в других регионах, с различной частотой, в среднем небольшой (1970— 1971 гг.—4,1%, 1990—1991 гг.—5,4%). В то же время из окру­жающей среды уже с начала 70-х годов выделяли преимуще­ственно гемолитичные вибрионы Эль-Тор, особенно на тер­ритории Средней Азии и Казахской ССР. Негемолитичные вибрионы преобладали во внешней среде в период вспышек холеры и чаше обнаруживались в сточных водах.

Наряду с характеристикой вирулентности вибрионов Эль- Тор, выделенных в СССР, по наличию и отсутствию холеро­генного синдрома, обусловливаемого продукцией токсина- холерогена, имеются данные об обнаружении у вибрионов

Частота обнаружения негемолитичных вибрионов Эль-Тор в объектах окружающей среды в различных регионах СССР с 1982 по 1991 г. (в %)

Эль-Тор дермонекротического (ДНФ) и геморрагического (ГФ) факторов. Из них первый обнаружен у 65% изученных штаммов, а второй —у 40% [Помухина О.И., Уралева В.C., 1987; Помухина О.И., 1990]. ДНФ чаще всего обнаруживали у вибрионов Эль-Тор, выделенных от людей на территории Украинской CCP в 1991 г. (66 из 68 штаммов), а ГФ —у вы­деленных из различных источников в Каракалпакской ACCP (34 из 58 штаммов).