(Чудновсшй, 2002). И даже у тех, кому повезло обрести смысл жизни, он иногда мешал

66

профессиональной деятельности (справедливо и обратное). Таким обра-зом, обогащение собственного жизненного опыта, влияние окружающих и средств массовой коммуникации не гарантирует возникновение смыс-ла жизни у человека, тем более адекватного.

Наиболее часто, как показывают исследования (см. материалы VI-VII симпозиумов ПИ РАО, 2002), смысл жизни в существующих в России социально-экономических условиях обретается в профессиональной дея-тельности. Так, в сопряженной со стрессом профессии сотрудника госав-тоинспекции часть работающих находит смысл своей жизни, их привле-кает связанное с ней самосовершенствование, успешное преодоление опасностей, риск и т.п. (Гришина). Среди педагогов выделяется группа «творческих учителей», для которых профессия «является главным ком-понентом структурной иерархии смысла жизни» (Чудновский). Есть так-же группа учителей, для которых профессия выступает не главным, но весьма важным компонентом этой иерархии. О профессиональной дея-тельности как часто встречающемся смысле жизни можно говорить и в отношении врачей, особенно лечащих людей с врожденными или приоб-ретенными дефектами (Н.Л.

На основе упомянутых и других исследований можно сформулировать еще ряд утверждений о том, что касается процесса и результатов станов-ления смысла жизни. Первое: через этап размышлений, пусть умозри-тельных, проходят большинство детей, прежде всего в старших классах школы (редко у кого смысл жизни возникает неосознанно). Второе: уже к концу обучения в 8-м классе большинство проходит ступени «пока еще не могу понять, что это такое», «пока еще не могу сформулировать», «могу сформулировать, но не хватает слов», формулирует смысл жизни в общем виде, хотя и с некоторыми конкретными деталями, осознавая при этом ограниченность своего жизненного опыта для нахождения соб-ственного конкретного смысла жизни (Вайзер, 1998). Но даже в наиболее развитом виде представление о смысле жизни тут - «конгломерат» жиз-ненных смыслов. Третье утверждение: к моменту окончания средней шко-

67

лы ситуация принципиально не меняется. Хотя до 70% выпускников (ис-следование ГА. Вайзер, в сб.: Психологические, философские и религи-озные аспекты, 2001) четко формулируют свой смысл жизни, однако в основном это представляемый, «называемый» (хотя и, по-видимому, искренне) смысл жизни. Далее пути выпускников в плане становления смысла жизни расходятся - одни (их - до четверти) продолжают жить «просто так», другие ограничиваются ближайшими жизненными задача-ми, у третьих возникает отдаленная привлекательная цель, четвертые пы-таются следовать своему представляемому смыслу жизни, а некоторые вообще застревают на уровне относительно примитивных потребностей подросткового возраста. Четвертый тезис: чтобы представляемый смысл жизни превратился в «интенциональный», в реальный регулятор жизне-деятельности, человек должен пройти этап проектирования «модели бу-дущей жизни» (Чудновсшй, 1997) и хотя бы частичного, предваритель-ного ее подкрепления (пусть только некоторых, но значимых ее составля-ющих). Пятый тезис таков: именно молодость - сензитивный период для обретения смысла жизни, а около половины выпускников школ сбива-ются на бесплодные в плане смысла жизни пути, указанные выше.

Если судьба человека сложилась удачно и он обрел свой адекват-ный смысл жизни, то тем самым он получает мощнейший регулятор собственной жизнедеятельности. Благодаря этому регулятору возника-ющие обстоятельства встраиваются человеком в процесс реализации смысла жизни, а в неблагоприятных обстоятельствах удается менять тактику его достижения и даже минимизировать ущерб для его реали-зации. Еще важнее то, что на фоне «суеты обстоятельств» смысл жиз-ни обеспечивает самодвижение человека, подыскивая при необходи-мости обстоятельства, требуемые для этого, а также стимулируя совершенствование человека в нужном аспекте.

Всему вышеперечисленному способствует гибкость смысла жизни как сложного психологического образования с иерархической структурой. Эта проблема подробно разобрана В.Э. Чудновским (1999). «В основе структу-ры смысла жизни лежит иерархия смыслов, соотношение “больших” и

68

“малых” смыслов». Одним из них является «главный смысл». Содержа-тельный анализ позволяет вычленить в качестве отдельного аспекта широ-кий диапазон структур смысла жизни. Это «конгломерат» жизненных смыс-лов (обычный в ранней юности) и «распадающаяся структура» (частая в старости). «Главный смысл распадается на ряд малых смыслов». Это «ра-зорванная» структура (главный смысл противостоит совокупности малых смыслов) и «номинальная» структура (формально главный смысл - пре-жний, но его энергетика слаба, и де-факто господствует какая-то сово-купность усилившихся малых смыслов).

Можно предположить, что у некоторой доли людей в зрелости (около 1%, по А. Маслоу) есть еще одна структура смысла жизни. Ее можно назвать «сплавом»: главный смысл «проникает» во все малые смыслы, трансформируя их «под себя», но оставляя за каждым из них регуляцию той или иной сферы жизни - этому способствует некоторая абстрактность главного смысла жизни (добро, справедливость и т.п.). Люди с таким смыслом жизни принадлежат, в частности, к открытому А. Маслоу типу «самоактуализирующихся личностей».

Но и все это богатство типов структур смысла жизни не может в ста-тике ответить на все «вызовы» реальности, поэтому у одного и того же человека по ходу жизни тип структуры может постепенно или скачком меняться. Изменения в смысле жизни могут также происходить и без пре-образования типа структуры. Так, в исследовании Г.А. Вайзер (1998) по-казано, что в условиях наложения социального кризиса на возрастной часть «стареющих» (около половины) осознанно принимает (сохраняет) высокий социальный или групповой (например, забота о детях, о других людях вообще, служение высокой идее) или высокий индивидуально-духовный смысл жизни. Как видно из данных исследования, одни пере-ходят к «монолитной» структуре (с ориентацией на прошлое), другие со-храняют высокие смыслы и переходят к «гармоничной» иерархии (с ори-ентацией на будущее). Другая группа «стареющих» опускается (точнее, отбрасывается) до «распадающейся» структуры смысла жизни - актуаль-ными остаются два «малых» смысла - «выжить» и «сохранить здоровье».

69

В связи со всем вышесказанным целесообразно рассмотреть подробнее судьбу однажды возникшего смысла жизни. Он может внезапно стать не-реализуемым («Безработица не дает подняться с колен» или «Никому мы теперь не нужны»); это и раньше было не редкостью в случае быстрой трагической потери близких, когда забота о них составляла смысл жизни. Иной тип перехода жизни в нереализуемый - крах иллюзий. Например, Рафаэль примерно за год до смерти осознал трагичность и безысходность своей эпохи и выразил это в своей единственной картине последнего года жизни («Вознесение»). Другая ситуация: достигнут желаемый соци-альный статус (в чем и состоял смысл жизни), но оказалось, что он не дал автоматически предполагавшегося постоянного чувства удовлетворен-ности ею. Еще один пример: смыслом жизни Дж. Гарибальди около 40 лет было освобождение Италии от иноземного владычества и ее объединение. В 1870 году это было осуществлено, и за оставшиеся 12 лет жизни Гари-бальди, насколько нам известно из исторических источников, так и не обрел нового ее смысла. Другими словами, смысл жизни может исчер-пать себя и не породить какого-то нового смысла, который бы стал его продолжением. Третья судьба смысла жизни такова: даже успешная его реализация приводит человека к жизненному краху в каком-либо ином, значимом для него плане. Так случилось с Робеспьером, вынужденным логикой событий принести в жертву Революции почти всех своих друзей и душевно парализованного этим. Аналогична судьба смысла жизни худо-жника В.Н. Филонова, реализовавшего свои художественные замыслы ценой утраты душевного контакта с близкими. Четвертый вариант - смысл жизни не достигается в силу отсутствия у человека достаточных данных (природных, черт характера и т.п.) или в силу его принципиальной недо-стижимости (например, по версии писателя Д.

И старшеклассники, и учителя, и психологи понимают плодотвор-ность наличия у человека адекватного смысла жизни (и опасность неадек-ватного). Можно ли в таком случае целенаправленно формировать у чело-века конкретный, адекватный смысл жизни с учетом его индивидуаль-ных особенностей, исторической и локальной житейской ситуации (и прежде всего его положения в семье и в группах, членом которых он является)? Сегодня на этот вопрос даже в принципе нельзя дать утверди-тельный ответ. Если обратиться к опыту В. Франкла (1996) и его логотера-пии для оказания помощи людям, попавшим в ситуацию экзистенциально-

70

го вакуума (то есть мучительного для человека отсутствия смысла жизни), анализ вскрывает следующую схему работы логотерапевта с клиентом:

1. Бесспорно, были великие люди, у которых явно был смысл жизни.

2. И у вас бывают моменты, когда «смысл просто есть», без рефлексии.

3. Поиск смысла, пусть сейчас еще тщетный, страдание от этого -нормальны для современного человека (пример - Ж.-П. Сартр). Нуж-но терпение и мужество.

4. Человека ожидает в жизни многое: творчество, переживания, встреча с уникальным для него человеком (любовь).

5. Каждого из нас ожидает вокруг множество смыслов: помощь дру-гим, служение какому-то делу, улучшение мира, в котором мы живем.

6. Человек свободен в своем выборе.

7. Выбор делается под свою индивидуальность, «подумайте». Таким образом, логотерапевт, по сути, не формирует конкретный

смысл жизни, а подталкивает своего клиента к выбору, принятию того или иного из достаточно широкой области гуманистически ориенти-рованных смыслов - высоких социальных, групповых или духовных; того смысла жизни, который клиент переживет как «свой» и доступный ему. Схема воздействия логотерапевта на клиента проста: смысл жизни всегда можно найти - вот какие разнообразные смыслы жизни существуют! - выбирай подходящий тебе. Тем самым задача логотера-певта - ликвидировать экзистенциальный вакуум - оказывается в итоге решенной, хотя часто логотерапевт так и не знает, какой именно смысл жизни принят клиентом.

Тем не менее проблема научного понимания «тонких» механизмов возникновения конкретного смысла жизни остается. В практическом пла-не это важно для ранней профилактики становления «негативного» смысла жизни; в теоретическом плане - ввиду того, что категория «смысл жиз-ни» является одной из 28 фундаментальных категорий психологии чело-века (вопрос о такой системе разрабатывался А.В. Петровским и М.Г. Яро-шевским). Однако в силу многофакторности процессов становления, функ-ционирования, изменений смысла жизни, разнообразия условий и обстоятельств этих процессов, зависимости их от многообразной актив-ности субъекта смысла жизни проблема в принципе не поддается «ручно-му» решению. Необходимы моделирование указанных процессов на ЭВМ с проведением сотен и более машинных экспериментов при варьирова-нии исходных моделей и их параметров, а также десятки последующих контрольных экспериментов на разных выборках испытуемых. Первой сту-пенью такого моделирования могло бы быть точное качественное моде-лирование по аналогии, например, с открытой Э. Берном (1988) «игрой» типа «Алкоголик» (ориентировочная трудоемкость - год с небольшим), второй ступенью - модель с двумя измеримыми коррелирующими пара-

71

метрами (примерная трудоемкость - около полутора лет). И только после этого можно начать создавать последовательность усложняющихся моде-лей, постепенно доводя их до полноты и сложности реальных процессов, связанных со смыслом жизни.