Осложнения дренирования барабанной полости вентиляционной трубкой.

К миринготомии, как к любому хирургическому вмешательству, следует относиться с предельной осторожностью из-за возможных осложнений, порой весьма небезразличных для больного. Наиболее легким из них следует считать закупорку просвета дренажной трубки, из-за чего может произойти ее преждевременное отторжение.

Более серьезным осложнением следует считать инфицирование барабанной полости после миринготомии с установкой шунта, в результате чего появляются сукровичные или гнойные выделения. По данным ряда авторов, длительная оторея встречается у 4—9% больных экссудативным средним отитом, которым проводилось длительное дренирование барабанной полости [Jonson L. et al., 1980; Jundersen T. et al., 1976; Luxford W., Sheehy I., 1982]. W. M. Luxford и J. L. Sheehy сообщает, что из-за длительной отореи у 2 детей потребовалась даже масто-идэктомия.

Больная М., 44 лет, в сентябре 1971 г. госпитализирована в клинику в связи с правосторонним экссудативным средним отитом после перенесенного гриппа. Лечение проводилось транстубарным введением в барабанную полость суспензии гидрокортизона, в результате чего экссудат из барабанной полости исчез и восстановился слух.

Спустя 2 мес госпитализирована повторно в связи с рецидивом заболевания. 22.11 произведена миринготомия. Из барабанной полости удалена отсосом серозная жидкость. Под давлением через слуховую трубу введен гидрокортизон и в парацентезное отверстие введена дренажная трубка. Выделения из трубки прекратились на 3-й день, и больная была выписана для амбулаторного наблюдения по месту жительства.

В третий раз обратилась в клинику год спустя в связи с инфицированием вентилируемого шунтом уха: через шунт, пульсируя, выделялся гной. Высеян непатогенный белый стафилококк, чувствительный к неомицину и мицерину. Начато лечение введением в барабанную полость указанных антибиотиков с добавлением гидрокортизона и химопсина. Внутрь назначен эритромицин. В результате терапии гноетечение из уха прекратилось и больная была выписана.

Спустя 2 нед возобновились гнойные выделения через шунт. Почувствовала недомогание, появилась резкая головная боль, стала выявляться менингеальная симптоматика. Срочно госпитализирована с явлениями гнойного менингита.

1.05.72 г. расширенная мастоидэктомия. Клетки сосцевидного отростка содержали небольшое количество воспалительного экссудата, слизистая оболочка была умеренно воспалена.

Из этого наблюдения видно, чем может закончиться инфицирование среднего уха в результате постоянного ношения шунта. Но даже в тех случаях, когда гноетечения нет, пребывание вентиляционной трубки в парацентезном отверстии может вызвать раздражение барабанной перепонки с образованием гранулемы. Последняя может заполнять не только всю барабанную полость, но и выпадать в слуховой проход.

По данным М. Hawke и М. Кеепе (1981), «интубационная» гранулема наблюдалась у 5 из 800 больных. Они считают причиной образования подобных гранулем чешуйки кератина. Как подчеркивает D. F. Wilson (1981), иногда эпидермис наружного слоя барабанной перепонки начинает распространяться по ее внутренней поверхности к надбарабанному углублению и сосцевидной пещере, после чего образуется холестеатома. Автор, располагающий 2 наблюдениями (на 1568 ушей), рекомендует в подобных случаях производить ревизию барабанной полости с последующей мирингопластикой. Если своевременно не произвести это вмешательство, то при глубоком распространении холестеатомных масс может потребоваться общеполостная операция.

F. P. Schwerdtfeger (1981) после миринготомии наблюдал образование холестеатомных масс из-за распространения эпидермиса в барабанную полость через парацентезное отверстие. Он считает, что для профилактики подобных осложнений разрез в барабанной перепонке следует делать как можно дальше от фиброзного кольца, а при удалении дренажной трубки тщательно удалять плоский эпителий не только с краев образовавшейся стомы, но и с внутренней стороны барабанной перепонки. Для этого он рекомендует пользоваться операционным микроскопом и микроинструментарием. Чем раньше это делается (после миринготомии), тем меньше вероятность врастания эпидермиса в барабанную полость.

Еще одним опасным осложнением следует считать образование стойкой перфорации после отхождения шунта. L. Johnson и соавт. (1980) выявили подобное осложнение в 3,1% наблюдений (на 697 ушей), причем в 1,2% случаев перфорация все же самостоятельно закрылась, а в 1,9% потребовалась мирингопластика.

Длительное пребывание дренажной трубки в барабанной перепонке вызывает ее механическое раздражение, в результате чего в ней могут возникнуть явления тимпаносклероза в виде хронической фиброзной гиперплазии с последующей гиалинизацией и кальцификацией участков барабанной перепонки [Coeckelenbergh A. et al., 1982]. Это четко продемонстрировали М. Tos и соавт. (1983), которые у детей с двусторонним экссудативным отитом после аденотомии производили миринготомию и дренирование барабанной полости дренажной трубкой справа, оставляя левое ухо для наблюдения. Спустя 1—3 года при повторном обследовании на той стороне, где была выполнена миринготомия с дренажем, тимпаносклероз выявлялся значительно чаще (48%), чем на той стороне, где операция не производилась (10%).

Из других осложнений F. Paquelin и соавт. (1977) указывают на возможность рубцевания барабанной перепонки с исчезновением ее фиброзного слоя и припаиванием к мысу.

В заключение следует еще раз отметить, что миринготомию необходимо рассматривать как небезразличное хирургическое вмешательство. К нему прибегают лишь в случае неэффективности лечения, направленного на восстановление проходимости слуховой трубы. Производя эту операцию, важно принимать все меры предосторожности, чтобы избежать нагноения оперированного уха.