Параграф десятый. Лечение труднозаживающих язв и хойрад

Знай, что язвы, которые трудно заживают, говоря вообще, так отличаются от разъедающих и от гнилостных, как общее отличается от частного. Обе [последние] язвы —- ползучие, а [труднозаживающие] иногда не распространяются и некоторое время остаются такими, как

были; не являются они также и свищами, ибо не обязательно должны быть черепковыми.

Правило лечения этих язв таково: если причина в дурной натуре, то ее исправляют, при дурной крови назначают в пищу вещества, порождающие хорошую кровь, противоположную [дурной крови], а при скудости крови увеличивают ее количество, давая больше хорошей пищи. Если причиной является дряблость или загрязнение, то лечи средствами от дряблости и загрязнения, а если дело в чрезмерной сухости, но язва еще не перешла в свищ, то лечи умеренным увлажнением. Для этого хорошо поливать орган горячей водой, пока он не вспотеет, не покраснеет и не раздуется, но потом прекрати [поливание] и не переходи этого предела — иначе ты привлечешь к органу много материи и причинишь большую беду. А лекарство после этого выбери менее высушивающее.

Иногда бывает полезно приложить [к язве] тряпицу, смоченную теплой водой, а нередко приходится выскабливать язву, вызывать в ней кровотечение, растирать [больной] орган и употреблять вытягивающие пластыри из зифта.

Если причиной является дурное состояние окружающего язву мяса, то лечат так, как ты уже знаешь, производя разрез, извлекая кровь и исправляя вред высушивающими веществами, а если источником служит орошающая язву расширенная вена, разрежь ее и дай крови вытечь или вытяни [вену] наружу — это часто избавляет [от беды]. Однако при наличии переполнения начни с кровопускания я выведи черножелчный сок, если он есть, а потом принимайся за расширенную вену и выпусти из нее сколько можно крови, чтобы после твоего посягательства на вену не случилось чего-нибудь худшего, нежели первоначальная язва.

Нередко причиной [плохого заживления] оказывается слабость органа, и происходит это от расстройства натуры, но ни от какого-нибудь, а от чрезмерного расстройства натуры, далекого от присущей ей уравновешенности в отношении теплоты и холодности, а также вследствие сопровождающего [расстройство] натуры крайнего разрыхления или сильного уплотнения [тканей]; первое чаще всего бывает от теплоты и влажности или [только] от влажности, а второе — от холодности и сухости или только сухости. Причину этого следует лечить веществами, противоположными [состоянию натуры] или порождающими противоположные ему качества. Зачастую причина проистекает от теплоты* кото-

рая притягивает материю и посылает ее в язву, и тогда для лечения нужны охлаждающие и вяжущие вещества. Если причиной оказывает* ся свищ, то лечи так, как лечат свищи, а если причина кроется в гниении окружающей язву кости, то мы делаем разрез и обнажаем кость. Если можно (177) удалить покрывающую ее [гниль] выскабливанием, мы так и делаем, заходя далеко вглубь, а если нет, то мы вырезаем кость и действуем так, как это будет изложено в параграфе о гниении костей.

Говорит Гален: «У одного гоноши был в груди свищ, который дошел до кости, находящейся посреди грудины. Мы обнажили кость грудины от всего, что ее окружает, и обнаружили, что она поражена гниением, так что ее придется вырезать. А гниющее место было [как раз] тем местом, на котором лежит сердечная сумка. Увидев это, мы проявили большую осторожность при извлечении гниющей кости и [больше всего] заботились о том, чтобы сохранить оболочку, прикрывающую кость изнутри, но часть этой оболочки, примыкающая к грудине, тоже уже загнила. И мы смотрели на сердце и ясно его видели, как ты его видишь, когда мы умышленно обнажаем его при анатомировании.

И этот юноша, — продолжает он, — остался цел, и в том месте грудины, где мы вырезали кость, росло мясо, пока [разрез] не заполнился, и края его соединились с другим, и [мясо] стало прикрывать 353 II и защищать сердце, как это раньше делал конец сердечной сумки.

Такой разрез не страшней тех ранений, при которых протыкают насквозь грудь», — говорит Гален, и добавляет, что если язва застарелая й давнишняя, разумно будет вызвать из нее банкой кровотечение р подобающем [количестве].

Что же касается лекарств, предназначаемых в большинстве случаев для труднозаживающих язв, то это, например, медная окалина, ярь- медянка, жженая и нежженная, окалина шабуркана, окалина других [сортов] железа, или лаззак аз-захаб — из всего этого приготовляют восковые мази, — а также калкатар, купорос и тому подобное с какими-нибудь веществами, препятствующими просачиванию [материн] к органу, если оно имеет место, например, с квасцами и галлами.

Вот одно из средств, которыми лечат труднозаживающие язвы: берут по восьми частей калимийи, клея для золота и квасцов и по одной части ярь-медянки и медной окалины, а также камеди пинии — четыре части, воска и масла — сколько сочтешь нужным.

Еще: берут воска — десять [частей], камеди пинии— девять, калимийи — три, калкатар а — шесть, масла мирта — вдоволь.

Еще: берут калкатар и калимийю с морской водой или с соком незрелого винограда, или с водой, в которой слегка, в соответствии с натурой [органа], прокипятили поташ и нуру, хорошенько маринуют

на солнце и затем отцеживают [жидкость], не допуская, чтобы морская вода или вода с поташом покрылась солью. Или еще берут жженой меди, ратийанаджа и андаранийской соли — каждого по две укийи, воска и миртового масла — в достаточном >количестве. Помогают при этом также лекарства от свищей, если их высушить и истолочь, и, в частности, мука чечевицеобразной вики, «фиалковый корень», жженая аристолохия, жженая медь и порошок ладана — в различных сочетание ях, подобающих натуре тела [данного больного].

Хорошее лекарство. Берут медных опилок и железных опилок, замешивают на квасцовой воде, обмазывают красной глиной и сжигают в хлебной печи, а потом вынимают, растирают и употребляют в виде присыпки или приготовляют из этого пластырь с окисью свинца.

Описание хорошего пластыря с золотом. Берут окиси свинца с золотом — один манн, воска и корня волчьего лыка —г тридцать шесть мискалов, ярь-медянки — восемнадцать мискалов, тщательно растертых золотых опилок с небольшим количеством окиси свинца — сорок мискалов, старого оливкового масла — три ритла; в [масло] сначала кладут окись свинца с золотом и ярь-медянки и потом — прочие лекарства.

Или берут печной глины, золы от ракушек, жженого и промытого олова и приготовляют из этого пластырь на миртовом масле. Масло обязательно должно быть сгущено окисью свинца, и вот описание этого: берут окиси свинца, например, одну укийю и три раза столько же очень крепкого уксуса, а также две укийи оливкового масла или мае? ла мирта, или какого угодно другого масла; все это осторожно [пережигают] и помешивают, чтобы окись свинца распустилась и загустела, но не сгорела.

А против хойрад [употребляют] медную окалину с ярь-медянкой, промытой, но не тщательно; из этого делают присыпку. [Применяют] также тертые квасцы в виде присыпки, или ланолина — четыре части и соды — две. Или [язву] сначала смазывают медом, а потом присыпают таким лекарством: медной окалины — (178) две части, квасцов— две части, восковой мази — десять, замешивают на солнце и употребляют. ,

Или берут свинцовых белил и квасцов — по восемь [частей], медной окалины, андаранийской соли, ладана, ярь-медяйки, гранатовых корок — каждого по две части, нуры — одну часть, воска ■— десять и две трети части, миртового масла — достаточное количество.

Еще: берут окиси свинца и оливкового масла — по ритлу, аристрг лохии, непробитых галлов — по одной укийе, ушшака — укийю, толченого ладана — две укийи; из этого приготовляют на огне грязевую лепешку, помешивая состав корнем тростника.