Глава 20 СПИД И ПРОБЛЕМЫ АНДРОЛОГИИ

Открытие этиологического фактора СПИДа — заболевания, ведущего к летальному исходу,— привело к уста­новлению отдельных закономерностей патогенеза и путей проникновения ви­руса иммунодефицита человека в орга­низм.

Несмотря на то, что в Советском Со­юзе СПИДа как заболевания почти нет, как проблема он существует, а в силу увеличивающихся междуна­родных общений угроза этого исключи­тельно опасного заболевания все более возрастает. Этим обусловлено создание специальных научных и диагностичес­ких лабораторий. Существует необхо­димость изучения всех путей проникно­вения ВИЧ в организм. Для андроло- гии ближе всего путь аногенитальных контактов, в связи с чем гомосексуа­лизм приходится рассматривать с но­вых позиций. Тем более, что такой при­мер эпидемиологического влияния одного заболевания на другую болезнь уже существует — это гомосексуализм и сифилис, чего следует также кос­нуться в настоящей главе.

За описанием основных кратких дан­ных о СПИДе в этой главе последуют сведения о гомосексуализме, которые помогут раскрыть один из возможных ведущих эпидемиологических путей, приводящих к СПИДу.

Этиология. Возбудителем СПИДа является ретровирус иммунодефицита человека, содержащий 2 молекулы PHK и обратную транскриптазу. ВИЧ своей оболочкой взаимодействует с рецепто­рами клеток, например Т-лимфоцитов, проникает в них, с помощью обратной транскриптазы синтезирует ДНК — копию PHK генома вируса. Вследствие этого происходит ускорение дифферен­цировки клетки, ее ранняя гибель.

Патогенез. Несмотря на обнару­жение классической триады Коха, свойственной ВИЧ, роль его в патоге­незе СПИДа остается еще недостаточ­но ясной. Вполне возможно, что ВИЧ вызывает необходимую, но не первую, фазу развития заболевания.

Эпидемиология и клини­ческая картина СПИДа. В кон-

це 1981 г. в США, в Нью-Йорке и Сан- Франциско, обычные оппортунистичес­кие инфекции стали давать смертель­ный исход. Погибшие больные оказа­лись гомосексуалистами, принимав­шими амилнитриты в огромных коли­чествах. Летальный исход наступал вследствие пневмонии, вызванной pne- umocystis carinii. Затем последовал ряд аналогичных смертей, у погибших обнаруживали цитомегаловирусы и другие возбудители. К концу 1982 г. стало ясно, что это новое заболевание поражает гомосексуалистов и нарко­манов. Примерно в то же время в груп­пу риска попали больные гемофилией, которым для лечения делались много­кратные переливания крови. Был опи­сан случай, когда женщина 74 лет за­разилась СПИДом от мужа после по­лового сношения. Муж страдал гемо­филией, получил много гемотрансфузий. В дальнейшем он скончался от СПИДа, жена осталась жива. У всех боль­ных обнаруживались глубокие изме­нения иммунного ответа, содержание лимфоцитов-хелперов снижалось до 20%, соотношение хелперов и супрес­соров составляло 0,5 вместо 1,5 в нор­ме.

У больных развивались деменция, ми­елопатии, менингиты, опухоли (лим­фомы). Летальность от СПИДа в сред­нем составила 80 %. Наибольшая ле­тальность была при поражении легких и нервной системы, несколько меньше — при кожной форме саркомы Капоши.

Пути заражения казались очевид­ными. Больные гемофилией получали вирус при многократных перелива­ниях крови, гомосексуалисты — при разнообразных формах интимного сбли­жения со многими половыми партне­рами. Наркоманы приобретали вирус при неоднократных внутривенных вве­дениях наркотиков. При гениторекталь­ных половых контактах через травми­рованную слизистую оболочку вирус попадает в ток крови, минуя печень, что, по-видимому, также играет роль в заражении СПИДом.

В странах Центральной Африки были зарегистрированы больные СПИДом, но, в отличие от США, основной путь заражения был через нестерильные инструменты, которые применялись для внутривенных и для других инъек­ций. Было отмечено также неболь­шое число заболевших гомосексуалис­тов; но эти данные могут быть подверг­нуты сомнению, так как в этих стра­нах на гомосексуализм существует очень жестокое табу. Таким образом, пациенты, по-видимому, принимали меры для сокрытия своего реального полового поведения. Клиническая кар­тина отличалась также и по оппорту­нистическим инфекциям — там преоб­ладал криптококкоз. На основании этих данных можно сделать вывод о том, что клинические признаки СПИДа, связанные с условно-патогенной фло­рой, зависят от эндемических особен­ностей данной местности.

Серологическая диагности- к а. ВИЧ был открыт через 3 года пос­ле начала эпидемии СПИДа в 1983 г. Через несколько месяцев после этого открытия был получен иммунофер- ментный диагностикум из цельного обезвреженного ВИЧ.

недомогания и головных болей был полиаденит. В доступных пальпации местах определялись увеличенные, иногда болезненные лимфоузлы. Вели­чина их в течение нескольких меся­цев могла изменяться, демонстрируя волнообразное развитие инфекции. Несколько позднее развивались при­знаки поражения кожи — саркома Ка­лоши, энтероколиты. При поражении ЦНС чаще наблюдались лимфомы (опухоли).

Лечение. До недавнего времени лечение больных СПИДом было прак­тически безуспешным, погибали почти 80 % больных. Основные меры приме­нялись по отношению к разнообразным оппортунистическим инфекциям (на­пример, цитомегаловирусу, герпетичес­ким вирусам, микробам, грибам и т. д.).

В 1985 г. для лечения больных СПИДом был применен азидотимидин, аналог тимидина. Подверглись экспе­рименту почти 300 больных. В 1-й груп­пе из 140 больных, получавших азидо­тимидин, погиб 1; в контрольной, рав­ной по числу пациентов, умерли 19 [Ho- вохатский A. C., 1987]. Наиболее бла­гоприятное действие оказалось при по­ражениях ЦНС. Таким образом, этот препарат в настоящее время можно считать наиболее перспективным.

Профилактика. В СССР в на­стоящее время имеются единичные больные СПИДом и несколько сот че­ловек инфицированных. В связи с этим для предотвращения распространения заболевания была создана межведом­ственная программа.

В заключение следует отметить, что в настоящее время каких-либо особен­ностей иммунной системы госомексу- алов-мужчин, которые бы способство­вали заболеванию СПИДом, не обна­ружено. Более вероятно влияние осо­бенностей их полового поведения. Как было отмечено выше, среди больных сифилисом мужчин очень заметно превалирование гомосексуалов: они составляют 15—20 % заболевших, что превышает их обычное распределение в популяции в 5—6 раз (3—4%). Однако бледная трепонема (возбу­дитель сифилиса) и ретровирус отли­чаются друг от друга хотя бы тем, что бледная трепонема не повреждает за­щитные иммунные механизмы.

Наибольший интерес в этой проблеме для андрологии представляют воп­росы эпидемиологии гениторектальных контактов, для чего следует остано­виться на гомосексуализме как тако­вом.

Согласно современным взглядам, единицей деления сообществ живых существ является популяция, состоя­щая из особей мужского и женского пола. Ответ на вопрос о необходимости двух полов неясен. В. А. Геодакян (1965) полагает, что мужской пол от­ветствен не только за стабильность по­пуляции, но он сохраняет уже имею­щуюся информацию (генетическую), реагируя на экстремальные изменения внешней среды в большей степени, чем женский. А это способствует эволюции вида. Согласно В. А. Геодакяну, состав женских особей более однороден и в целом более устойчив к повреждаю­щим воздействиям внешней среды, мужские особи менее однородны — часть из них может демонстрировать более высокий уровень приспособляе­мости, другая — значительно меньший по сравнению с женским.

Г. С. Васильченко (1977) считает детерминацию пола многомерной:

1) генетический пол, зависящий от на­личия половых хромосом XX и XY; 2) го­надный пол (яичники, семенники);

3) гаметный пол (яйцеклетки, спермии);

4) гормональный пол (андрогены, эст­рогены); 5) соматический пол (фено­

тип); 6) гражданский пол, определя­емый при рождении на основании стро­ения наружных половых органов; 7) пол воспитания; 8) пол самосозна­ния; 9) половая роль и выбор полового партнера.

Гомосексуализм как отклонение от основного направления полового пове­дения у мужчин и женщин встречается редко — около 2—3 % среди насе­ления — и находится в очень малой зависимости от расовой принадлеж­ности. Дискуссии по поводу того, счи­тать ли гомосексуализм патологичес­ким явлением или резким отклонением от нормы, по-видимому, разрешаются в пользу последнего мнения. Американ­ская медицинская ассоциация в 1974 г. вычеркнула гомосексуализм из спис­ка психопатий.

Г омосексуализм характеризуется

половым влечением, направленным к особям своего пола, и встречается у многих млекопитающих (обезьян, со­бак, кошек и т. д.). По-видимому, он одинаково часто бывает как у мужчин, так и у женщин.

Женский гомосексуализм мало отра­жается на восполнении популяции, по­этому государственным карательным мерам он подвергался в немногих стра­нах и преимущественно в прошлые ве­ка.

Для человека одной из наиболее ве­роятных теорий возникновения гомо­сексуализма является эмбриональная. Закладка половых телец у обоих по­лов происходит одинаково — на 7-й не­деле беременности. Сначала они пред­ставляются недифференцированными, в дальнейшем проявляются различия в зависимости от полового набора хро­мосом.

В 1941 г. Brockhard u Day продемон­стрировали значение интрагипоталами- ческих изменений, ответственных за половое поведение у морских свинок. В 1969 г. G. Dorner и соавт. определили так называемый мужской центр, лока­лизованный в передней преоптической гипоталамической области, и жен­ский — в вентромедиальной гипотала­мической ядерной области. Стимуляция соответствующих центров у крыс осуще­ствлялась селективным введением в эти области гормонов либо электролитиче­скими повреждениями. Те же авторы в клинических условиях обнаружили изменение полового поведения женщин, которое последовало вслед за дву- или односторонним повреждением гипота­ламической зоны в вентромедиальной области. Авторы утверждали, что в за­висимости от пола эти центры домини­руют друг над другом.

Следовательно, теоретически воз­можно изменение полового поведения человека при воздействии на эти об­ласти, так как оба центра у человека сохраняются, но один из них находится в неактивном состоянии. Это может дать некоторые перспективы в лечении перверзных заболеваний, особенно при­водящих к тягчайшим преступлениям (некросадизм и др.). Критическим пе­риодом, во время которого происходит формирование этих центров, является 4-й месяц развития плода.

Превалирование андрогенов, необ­ходимое для мужской дифференциа­ции мозга, создается половыми желе­зами плода и при участии организма матери — ее надпочечниками. В част­ности, уровень свободного андрогена (тестостерона) в крови беременных вдвое превышает его обычный уровень. Женские плоды защищены от вири­лизирующего действия гормонов, но, по-видимому, не все. Часть может ока­заться под воздействием андрогенов, и, несмотря на наличие женских половых желез, могут появиться предпосылки для развития женского гомосексуаль­ного поведения. Однако роль андро­генов матери и плода в дифференциров­ке мужских половых центров остается недостаточно ясной.

G. Dorner и соавт. (1977) интервью­ировали 354 мужчин-гомосексуалис­тов, рожденных до, во время и после второй мировой войны. Обследование проводилось в следующих временных диапазонах: 1934—1939, 1940—1945,

1946—1951 гг. рождения.

Во время войны гомосексуалы рож­дались в 2 раза чаще по сравнению с довоенным и послевоенным периодами. Авторы считают причиной этого явле­

ния массовые стрессовые ситуации, свойственные временам войны (бом­бежки, получение похоронных известий о гибели мужей и др.). Авторы приво­дят положительный ответ на письмо одного гомосексуалиста, который спра­шивал у них, могло ли изнасилование матери на 5-м месяце беременности быть причиной его гомосексуальности.

R. Green (1972) исследовал связь между поведением детей и половым поведением во взрослом состоянии. Он приводит данные Korter (1962), кото­рый указывает, что около ¹/₃ мужчин с гомосексуальным поведением обна­ружили в детстве активность, свойст­венную девочкам (игры в куклы и т. д.). Они избегали игр, свойственных маль­чикам. Такое же поведение встречается у ^l∕δ мужчин с нормальным половым поведением (гетеросексуалов).

R. Green, J. Money (1973) обнаружи­ли еще более высокие пропорции. Око­ло ²∕₃гомосексуалов показали черты поведения девочек в детстве (предпо­читали компании девочек, избегали грубых мальчишеских игр и т. д.). Этот тип подросткового поведения они на­звали girl-like синдром. Согласно их данным, у 3 % гетеросексуалов обна­руживался этот тип подросткового по­ведения.

Противоположный girl-like синдро­му мальчишеский, boy-like, тип пове­дения был обнаружен у ²/з лесбиянок и у ¹∕5 нормальных (гетеросексуаль­ных) женщин. В 1977 г. Page сравнил поведение в детстве 107 гомосексуалис­тов и 68 гетеросексуалистов и получил сходные данные.

Исследовались взаимоотношения между отцом и сыном, которые могли иметь значение в развитии гомосексу­альности, на основании чего был сде­лан вывод о том, что недостаточность отцовского влияния, либо, наоборот,— грубое, отрицательное, по-видимому, решающей роли не играет. По нашим наблюдениям, у воспитанников дет­ских домов, попавших туда из домов, малютки, что заранее обрекало их на отсутствие отцовского влияния, не об­наруживалось изменений гомосексу­альности во взрослом состоянии.

Между гетеросексуальным и гомо­сексуальным поведением нет четкой границы. Существуют переходные груп­пы, в которых сочетаются оба вида по­лового поведения.

В одной группе — мужчины, для ко­торых основной вариант полового по­ведения связан с половым влечением к женщинам. Они могут иметь их очень большое количество, но не испытывать длительного сексуального внимания к одной. Как заметил Н. В. Иванов (1964), как только «облетают лепест­ки новизны, стремление к конкректа- ции исчезает». Поэтому они могут вы­ступать в роли импотентов, если поло­вая связь с женщиной длится слиш­ком долго для них. В браках они обыч­но не способны к длительной половой активности с женой; если она имеет физиологическую фригидность, то пос­ле рождения детей они утрачивают с ней сексуальные связи, сохраняя духов­ные. Для их поведения характерны кратковременные внебрачные половые связи, где действует тот же «регуля­тор» — возникает холодность к очеред­ной партнерше.

Эти мужчины могут быть очень вни­мательны к детям, обладать силь­ным отцовским инстинктом. В услови­ях длительного однополого окружения они могут вступать в гомосексуаль­ные контакты (аногенитальные), но испытывая неизменно чувство загряз­нения после очередной гомосексуаль­ной связи.

Мужчины другой группы, так же как и предыдущей, имеют выраженное ге­теросексуальное либидо, отличаются большой склонностью к проведению свободного времени в обществе жен­щин. Очень мягкие в поведении, они почти полностью лишены ревности и более того, узнав о неверности жены, относятся к этому безразлично, что яв­ляется одним из характерных призна­ков этой группы. Другой, решающей, особенностью оказывается сильная романтическая увлеченность выдаю­щимися по социальному положению мужчинами. Будучи в особой ситуации, например алкогольного опьянения, они становятся объектами аногенитальных

контактов. Как правило, в семье зани­мают положение ведомых, избегают конфликтных ситуаций и в некоторых случаях проявляют мазохистские тен­денции. Ощущение загрязнения после гомосексуального сношения для них не характерно.

Истинный гомосексуализм включает также 2 группы полового поведения: бисексуальное и рафинированное го­мосексуальное. Для 1-й группы, как показывает ее наименование, сохраня­ется относительная равнозначность гетеросексуального и гомосексуально­го поведения, для 2-й — исключительно доминирование гомосексуального.

Предпосылки для гомосексуализма возникают, по-видимому, во время критического периода сексуальной дифференциации головного мозга пло­да. В это время андрогенизация может не достигнуть нормального уровня, и отсюда недостаточно активизируется предоминантный мужской тип. Вслед­ствие этого становится возможной ре­ципрокная зависимость от женского предоминантного центра. В зависи­мости от ситуации доминирование этих центров меняется, появляется бисексу­альное поведение.

Для отличия бисексуалов от рафини­рованных гомосексуалов можно вы­брать некоторые признаки:

1) у бисексуалов оргазм, как прави­ло, имеет цельный характер, у гомосек­суалов рафинированных он очень напо­минает многоволновый женский; у них нарушена слитность оргазма и эяку­ляции, что также сближает их с жен­щинами; оргазм у рафинированных гомосексуалов может быть без эякуля­ции;

2) ощущение загрязнения после гомосексуального общения бисексу­алу свойственно в значительно боль­шей степени, чем рафинированному го­мосексуалу;

3) у рафинированных гомосексуа­лов прикосновение к женщине, если оно предваряет интимное сближение, может вызвать неприятное ощущение, у бисексуалов — наоборот;

4) тембр голоса гомосексуалов реже встречается у бисексуалов.

Если считать, что внешняя сторона поведения направлена на то, чтобы обратить на себя внимание сверстни­ков противоположного пола, то стано­вится понятным, почему девочки — бу­дущие лесбиянки становятся «мальчи­ками», а мальчики, в потенции гомо­сексуалисты, имитируют поведение де­вочек, чтобы обратить на себя внимание мальчиков.

В связи с этим мы [Кушнев Ю. А., 1976] поставили себе цель определить значимость детского поведения для разделения бисексуалов и рафиниро­ванных гомосексуалов. Под нашим на­блюдением находились 48 мужчин, из них у 26 в подростковом периоде установлены признаки поведения, сход­ного с поведением девочек, у 22 этих признаков не было. Среди 1-й груп­пы (26 человек) рафинированных го­мосексуалов оказалось 18, бисексуа­лов — 8; во 2-й группе — соответст­венно 3 и 19.

По-видимому, рафинированные го­мосексуалы — это своеобразная «ядер­ная» группа, поведение которой более жестко детерминировано в гомосексу­альном плане.

Все же следует признать, что гомо­сексуальность остается проблемой, тре­бующей дальнейшего изучения. Это бу­дет видно из достаточно подробных примеров — наблюдений из нашей поч­ти 20-летней практики изучения гомо­сексуализма среди больных сифилисом, а также здоровых. Некоторые наблю­дения взяты из нашей судебно-меди­цинской практики. Естественно, мы от­даем себе отчет, что наш аспект рас­смотрения проблемы не может претен­довать на универсальность. В какой-то мере он привязан к попытке ответить на вопрос, почему среди больных сифи­лисом оказалось слишком много гомо­сексуалистов (около 20 %) и еще боль­ше среди больных смертельным забо­леванием — СПИДом.

Б., 40 лет, педагог. До 12 лет любил иг­рать в куклы, после запрещения отца стал стро­ить автомобили. Среди мальчиков друзей не бы­ло, испытывал постоянные оскорбления: «похож на девочку». Девочки же говорили, что он не похож на мальчика и отказывались дружить

с ним. Мать также неоднократно восклицала: «Как ты похож на девочку!»

Отец был грубым, жестоким, часто оскорб­лял мать, бил ее. Репрессирован, когда маль­чику было 12 лет. В то же время отмечал, что «отец интереснее матери, но мать добра и хорошо приспособлена для жизни». В возрасте 12 лет произошло сближение с девочкой-соседкой (они случайно остались на полатях вдвоем) — он ставил ее на колени и гладил половые органы эрегированным членом. Такие встречи по обоюд­ному желанию повторялись в течение месяца, очень часто — ежедневно по нескольку раз.

В день получения похоронной (извещения о гибели брата на фронте) проводил те же мани­пуляции на полатях и на фоне тоски ощутил нечто похожее на оргазм без эякуляции. Не­сколько позднее он случайно дефлорировал де­вочку, не имея императивного желания ввести ей член во влагалище. В тот период вместе с по­явившимся приятелем влюбились в одну «го­родскую» девочку. При встречах она называла его очень женственным. Стремления К KOHK- ректации не было (по-видимому, это подсозна­тельно ощущала девочка-подросток). Несколько позднее, в возрасте 16 лет, возникла устойчи­вая половая связь (с оргазмом и эякуляцией) с 40-летней женщиной со странностями в пове­дении, жившей бедно и голодно. В течение го­да навещал ее 1—2 раза в неделю. Однажды пришел к ней ночью и обнаружил, что она с дру­гим мужчиной (слабым, контуженным, недавно вернувшимся с фронта). В то время у него выра­боталась своя манера обращения: он приходил к ней, обнимал резкими движениями, так он сде­лал и на этот раз. Вдруг услышал голос муж­чины, ощутил внезапный страх, выбежал на ули­цу и услышал вслед крик женщины: «Караул!». Промчавшись около полукилометра, упал у во­рот своего дома и потерял сознание. Мать по­местила его в больницу, где он находился в те­чение 2 нед по поводу «плаксивости».

Предвестники гомосексуальности появились в возрасте 12 лет (см. выше), когда он и его при­ятель влюбились в одну девочку. В то время у него появилась ревность не к девочке, а к другу, потому что он (друг) любит эту девочку, а не erQ (своеобразная амбивалентность чувств). В годы войны, когда ему было около 14 лет, к ним на постой зашли солдаты, один из них хорошо пел. Мальчик привязался к нему, провожал и долго плакал после его ухода. Несколько позд­нее аналогичная привязанность возникла к учи­телю немецкого языка, хорошо сложенному, с большими глазами.

В дальнейшем учитель погиб на фронте, он его оплакивал с большим чувством.

В возрасте 20 лет, уже будучи педагогом, обратил внимание на хорошо сложенного маль­чика 15 лет, и у него впервые появилось осоз­нанное желание иметь с ним половую связь. В последующие 20 лет имел неисчислимое коли­чество половых связей с мужчинами, исполь­зуя аногенитальные контакты. Мотивировал свое поведение тем, что «очень любит разнообразие, длительная, устойчивая половая связь его не устраивает».

Таким образом, на фоне подспудно развивавшейся гомосексуальности во время особенно активного действия анд­рогенов — пубертата — возник нор­мальный гетеросексуальный тип поведе­ния (связь с 40-летней женщиной). Ис­пытанный страх положил конец этому периоду, в итоге у него развился рафи­нированный тип гомосексуального по­ведения.

C., 25 лет, официант гостиницы. Каких- либо неприятных воспоминаний не сохранилось. Сны черно-белые. В возрасте 12 лет была дли­тельная привязанность к девочке его возраста, желания к конкректации не появлялось, в меч­тах представлял себя ее защитником от «злых» мальчиков. В 13—14 лет (во время уже раз­вивающегося пубертатного периода) имел со­вместный онанистический акт с мальчиком, и тогда ощутил половое влечение к нему. За­нимался онанистическими актами несколько лет, представляя себе как он раздевает мужчину либо наоборот. Тогда же отметил, что ему ста­ли нравиться «хорошо сложенные мальчики». Позднее половой член стал объектом его сек­суального внимания, считает, что есть члены красивые и некрасивые.

Первое сексуальное общение произошло в туа­лете с пожилым человеком (орогенитальный контакт — половой член пациента находился во рту этого человека). Эякуляции не было, оста­лось длительное ощущение загрязнения. После­дующие гомосексуальные встречи привели его к выводу, что у него не может быть постоянного партнера, так как у одного есть одно положи­тельное качество, у другого — другое. В целом же все качества, которые ему импонируют, не встре­чаются и не встретятся у одного человека, по­этому он имет половые связи со многими парт­нерами. Предпочитает гомосексуалистов, склон­ных к пассивным аногенитальным контактам. Перед этим иногда бывает феллацио его поло­вого члена. Отношение к семье: считает ее со­здание невозможным. К матери испытывает при­вязанность и уважение, к отцу — наоборот. Рас­ценивает гомосексуальное влечение как «нор­мальное». Когда его спросили, видел ли он кар­тины Рубенса, изображавшего женщин, ответил, что представляет их неясно. В картине Рембран- та «Ночной дозор» отлично помнит мужские ли­ца, их выражение, находит многие из них сек­суально приятными.

В этом наблюдении можно найти ответ на вопрос, почему некоторые рафинированные гомосексуалы отлича­ются обилием половых связей. С. утвер­ждал, что ни один мужчина не может быть для него совершенством в сек­суальном плане, а это заставляет его иметь многочисленные половые кон­такты. Обращает на себя также вни­

мание не только отсутствие стрем­ления у него иметь семью (нет любви к женщине), но и недостаток отцов­ского инстинкта. Нежелание иметь детей не является характерной чертой рафи­нированных гомосексуалов, скорее это исключение. Среди них можно встре­тить настолько яркую заботливость о своих детях, что ее можно сравнить с проявлениями материнской любви. В то же время, наряду с отрицанием се­мьи, сохраняется и усиливается с воз­растом любовь к матери, и когда она достигает преклонного возраста, они становятся добрыми нянями.

Приведенный пример свидетель­ствует о том, что даже при примате го­мосексуального развития в пубертате сохраняется универсальная закономер­ность — абсолютного гомосексуаль­ного развития не бывает: в 12 лет С. пе­режил романтическую фазу развития гетеросексуального сознания.

Д., 43 лет, отца не помнит. К матери слож­ное отношение: в основном была «неудовлетво­ренность. Не понимала меня, духовно были чу­жие». Умерла от рака молочной железы, когда пациенту было 27 лет.

В 8 лет влюбился, как и все мальчики его класса, в очень красивую девочку. Помимо «ду­ховного» влечения было стремление к конкрек- тации. В начале пубертатного периода (12 лет) окружающие девочки его возраста неизменно навевали воспоминание о первой любви, не вызы­вая влечения к себе. В то время им создается идеал «друга», к которому он стремится до сих пор, но не находит его. При очередных встречах наступают разочарование, усталость. Постоянно преследует мысль, что у него нет с ними духов­ной общности. В основном у него бывают ано­генитальные контакты, в которых он является активным партнером. Первый половой акт с жен­щиной произошел в возрасте 35 лет с большим оттенком новизны, с проституткой. Второе сбли­жение с другой женщиной провел с целью за­крепить эффект, но половой акт был только под утро с небольшой эрекцией, быстрой эякуляцией и отсутствием оргазма. Отношение к семье без­различное, полное отсутствие желания иметь де­тей.

В данном наблюдении надо отметить попытки половой связи с проститутка­ми, которые не привели к стабилиза­ции гетеросексуального либидо. Это было сделано из любопытства или под­ражания.

Если имеются попытки к гетеросексу­альным связям в насильственной для рафинированного гомосексуала ситуа­ции, например при заключении брака, то они|становятся для него источником отрицательных ощущений и тяжелых переживаний для жены.

В этом наблюдении, так же как и в предыдущем, имеется обилие половых связей, но мотивировки другие, если первый стремился к слиянию духовно­го и сексуального общения, то другой искал внешнего совершенства.

Б., 29 лет, среднего роста, худощавый, имел привычку грызть ногти; по отношению к отцу проявлялось уважение, иногда страх, пользо­вался его благорасположением, матери лишился в раннем детском возрасте, воспоминаний о ней, связанных с реальными ситуациями, нет, однако иногда видит ее во сне с оттенком тоскливости. В возрасте 12—14 лет усиленно занимался спор­том, стремился быть капитаном команд, неодно­кратно участвовал в крупных драках, имел приво­ды в милицию. Половое влечение было неопре­деленным: «чего хотел — не знаю». C 15 до 17 лет занимался онанизмом без представления определенных сексуальных образов, получал оргазм. Отношения с женщинами, так же как и с мужчинами, были несложившимися. В воз­расте 17 лет встретился в парке г. Гатчины с 35- летним художником, который начал с ним бе­седовать о морали современной молодежи, затем сообщил о том, что он (пациент) обладает «про­ницательным» взглядом, предложил показать член, начал его раздражать и приступил к фел- лацио.

После оргазма, связанного с эякуляцией, бы­ло ощущение загрязнения, но он понял, в ка­кую сторону направлено его половое влечение. C тех пор прекратил занятия онанистическими актами и стал искать встреч в туалетах Мос­ковского и Балтийского вокзалов. После одной из встреч (это были в основном орогениталь­ные контакты) заразился сифилисом, шанкр располагался на головке полового члена. Боль­шинство вокзальных встреч происходило в состо­янии алкогольного опьянения, иногда наступали периоды рефрактерности длительностью до 2 мес, после которых вновь активизировалось гомо­сексуальное влечение. Считал себя мужчиной, так как у него не было потребности к совершению аногенитального контакта в пассивном состоя­нии. В состоянии алкогольного опьянения была однократная связь с незнакомой женщиной, половой акт продолжался около 15 мин, эяку­ляции не было. Также в состоянии опьянения пытался иметь сношение со своей сестрой, но оно прекратилось вследствие исчезновения эрек­ции. Чувств раскаяния и загрязнения после этой попытки не испытывал. В данном случае про­явление полового влечения носило оттенок неза­вершенной инцестности. Уже после этого, нахо­дясь в компании двух девушек, заметил, что одна из них проявляет к нему особое внимание, пригласила в соседнюю комнату, стала целовать. Он ощутил беспокойство, завершившееся отвра­

щением и тошнотой. В дальнейшем это повто­рялось при любой попытке интимного сближе­ния с женщиной, если она при этом проявляла инициативу.

Это наблюдение показывает, что фе­минизация подросткового поведения для рафинированного гомосексуала не обязательна. Вероятно, сам процесс становления и стабилизации гомосек­суального поведения не был осознан во время пубертатного периода. Обра­щает на себя внимание осознание го­мосексуальности в возрасте 17 лет по­средством орогенитального контакта.

Ш., 26 лет, родился от отца 46 и матери 42 лет. У матери было заболевание желудка, связан­ное с суицидальной попыткой в возрасте 14 лет. Сохранились воспоминания с 3-летнего возрас­та: четко помнит лица тех людей, которых встре­чал, и, если бы они не изменились, узнал бы и в настоящее время. Отношения матери с отцом благоприятные, внутрисемейный климат почти оранжерейный, но без потакания баловству, временами были жесткие напоминания об обя­занностях и долге. В возрасте 7 лет были сек­суальные игры с девочкой его возраста, во вре­мя которых испытывал желание к девочке «вообще», а затем к половым органам, что и ис­полнял при каждой встрече. Однажды возникло желание положить ее на спину и прикоснуться к половым органам членом, появившиеся зрители прервали это занятие. После этого в течение полу­года стыдился с ней общаться, при встречах отво­рачивался. Затем снова появилось желание ее видеть, и дальнейшие встречи развертывались примерно в вышеописанном варианте. Семья уехала в другой город, стал учиться в школе, где ему очень понравилась учительница, о которой часто вспоминал в ее отсутствие и, как он считает в настоящее время, был влюблен. Особое удо­вольствие было — находиться рядом и прикасать­ся к телу. Учительнице было, по-видимому, 20—22 года. В возрасте 10 лет у него была роман­тическая привязанность к соседке по парте, к ко­торой опасался прикоснуться, испытывал страх, а вдруг это увидит учительница. Тогда же ему очень нравились занятия по физкультуре.

В возрасте 11 лет попал в автомобильную катастрофу, было сотрясение головного мозга, находился в детском неврологическом стациона­ре. В последующие 2 года утратил интерес к де­вочкам, стал очень спокоен, в конфликты маль­чиков не вмешивался. В то время он по-преж­нему пользовался положением лидера в классе: «разнимал дерущихся, как двух котят». Стал молчалив, искал уединения, все изучаемые пред­меты стали представляться примерно одинако­выми, малоинтересными. В возрасте 14 лет стало развиваться ожирение, масса тела увеличилась до 80 кг. По этому поводу эндокринолог назна­чил какие-то таблетки, но все осталось по- прежнему. В возрасте 15 лет было обращено внимание на то, что его яички развиты менее, чем у его сверстников, и тот же эндокринолог назначил ему тестостерон. После этого стали появляться эротические сновидения: находится в обществе мальчиков, они гладят его половой член, он испытывает при этом то, что ранее было наяву, когда прикасался к девочке (в возрасте 7 лет). В то же время он стал безразлично отно­ситься к девушкам, в их обществе скучал, желал быстрее с ними расстаться. В возрасте 17 лет влюбился в преподавателя ПТУ и испытал то же ощущение, что и к учительнице в возрасте 10 лет, переживал длительное расставание с ним, например во время каникул. В 19 лет у него было первое гомосексуальное общение, во время ко­торого он ощутил нечто вроде многоволнового оргазма у женщин, однако во время пассивного аногенитального контакта эрекция и эякуляция отсутствовали. В 21 год по настоянию родствен­ников женился, но семья распалась, так как сексуального интереса жена для него не пред­ставляла. В последующие годы имел только го­мосексуальные встречи, причем сам никогда не был активным и испытывал оргазм при аноге­нитальном контакте без эякуляции.

При объективном исследовании: избыточная масса тела — рост 172 см, масса — 102 кг, соски крупнее обычных, диаметр окружающей гипер- пигментированной зоны около 5 см, под ними имелось подушкообразное разрастание подкож­ной жировой клетчатки. Половой член в неэреги­рованном состоянии 10 см, яички в продольном измерении 6 см, несколько тестоваты. Онанис- тические акты в прошлом отрицает, однако в последние годы при очень интенсивном раздра­жении в течение нескольких десятков минут по­лучал эякулят с очень слабым оргазмом. Иссле­дование эякулята: количество 1 мл, фермента­ция наступила через l^,∕2 ч, очень большая вяз­кость, подвижность спермиев низкая, общее их число 5 млн (олигозооспермия). В суточной мо­че 3,4 мг 17-КС.

Приведенное наблюдение является уникальным в своем роде. В развитии сексуальности Ш. четко различаются 2 особо отличающихся друг от друга периода: границей между ними являет­ся травма головы с последующим на­хождением в психоневрологическом стационаре. Первый период следует назвать типичным гетеросексуальным, может быть, с небольшой интенсифика­цией эротических ощущений. Травма головного мозга произошла накануне пубертатного периода. Не исключа­ется возможность повреждения в это время глубоких структур мозга, отве­чающих за организацию мужского по­лового поведения («мужской половой центр»). В то время, когда у пациента должно быть нормальное половое со­зревание, такового не оказалось, был

рефрактерный период, уже после него, по-видимому, стало развиваться жен­ское (в данном случае гомосексуаль­ное) поведение. В СВЯЗИ C этим можно напомнить о критическом периоде эм­брионального развития: если на 4-м месяце беременности что-либо произой­дет с мужскими половыми железами (например, их инактивация), то будет развиваться феминизированный плод.

В данном случае заманчиво пред­положить, что толчок для пубертата должен быть из ЦНС, у нашего паци­ента он отсутствовал вследствие по­вреждения соответствующих структур.

Этот вариант гомосексуальности, очень редко встречающийся, может быть назван патологическим, развив­шимся вследствие органических изме­нений головного мозга (посттравмати­ческий гомосексуализм).

Эксвизитность этого наблюдения очевидна. Пациент находился на ле­чении по поводу сифилиса в отделении, где, кроме него, были другие гомосек­суалы, в том числе и рафинированные. Они обратили наше внимание, харак­теризуя его как гомосексуала с над­ломом, на основании каких признаков они сделали такое заключение, нам до­гадаться не удалось.

Г., 36 лет. Отец старше матери на 17 лет. Постоянно ощущал к нему отчуждение, време­нами агрессию, презрение и только в последние годы стал относиться к нему иначе, появилось нечто вроде привязанности одновременно с жа­лостью. Мать — чуткая, очень внимательная к нему женщина, воспитывала его жена брата отца, по характеру похожая на нее. Самые ранние воспоминания связаны со словами ко­го-то из взрослых, которые хорошо запечатле­лись у него, и он помнит до сих пор с некоторым отрицательным ощущением: «Смотрите, он ведет себя, как девочка» (в это время он играл в куклы). Постоянно проводил время с девоч­ками: рассматривали половые органы друг у друга, а в возрасте 12 лет попытался ввести эре­гированный член ровеснице, ощутив при этом «нечто приятное». В то же время, по-видимому, мать обратила внимание окружающих: «Смот­рите, у него ноги, как у девочки»! В 13 лет свобод­но чувствовал себя в обществе девочек — двою­родных сестер и одноклассниц. Стеснялся маль­чиков из своего класса, избегал быть с ними вместе в туалете.

В возрасте 14 лет спал с двоюродным бра­том, увидел его эрегированный член и занялся онанистическим актом с исходной эякуляцией и оргазмом. Вскоре после этого возникло не­преодолимое желание посещать туалеты и рас­сматривать половые члены мочащихся мужчин — при этом он испытывал яркое эротическое ощу­щение, в это время в онанистических актах с целью разрядки возбуждения не нуждался, мог находиться в туалетах, как он заявил, «часами в стабильном возбуждении». В более позднем возрасте стали нравиться ягодицы, но с боль­шим удовольствием рассматривал половые члены и видел «какую-то удивительно красивую гармонию в их строении». В этот же период он обратил внимание художников своими выдающи­мися способностями к рисованию.

Первое гомосексуальное общение состоялось в возрасте 19 лет — поздно вечером зашел в па­рильное отделение бани, увидел одиноко сидя­щего мужчину с эрегированным членом. Пос­ле некоторого колебания взял в рот его член и занялся феллацио. После этого, как он назвал, начался «медовый месяц», во время которого в туалетах знакомился со многими молодыми, участвовал во многих компаниях, имел бесконеч­ные аногенитальные контакты, выступая в пас­сивной роли. До 36 лет было несколько сот го­мосексуальных половых связей, во время послед­ней вспышки сифилиса в течение 8 лет зара­жался и вылечивался от этого заболевания 5 раз. В последний раз поступил в клинику с шанк­ром в области анальной складки. Никогда не ощущал полового влечения к женщинам, но в то же время мог оценить их красоту, которую вос­принимал без сексуальной окраски. Является ра­финированным, убежденным гомосексуалом, от­рицающим семью, по-видимому, обладает и стра­дает скрытой педофилией. Однако проявляет теплые чувства к женщине, которая его воспи­тывала. Она находится в постели после инсульта, весь требуемый уход исполняет он сам.

В данном наблюдении отчетливо за­метен ранний примат гомосексуального поведения.

В последнее время возникает много вопросов относительно так называе­мого лечения гомосексуализма. Опыт прошлого показывает безуспешность бесчисленных попыток изменения на­правленности полового поведения го­мосексуалистов.

По нашему мнению, обращение за помощью у одних гомосексуалов отра­жает их защитную реакцию и не яв­ляется внутренним побуждением, дру­гих можно отнести к фрустрированным гомосексуалам, у которых половое воз­буждение связано с трагическим ком­понентом переживания отношения к ним общества.

Курсы лечения этих больных должны проводиться сексопатологами и опыт­ными психотерапевтами, знающими сек­сологию.

Нами [Кушнев ГО. А., 1975] разра­ботан метод лечения, включающий со­четание электросна с самовнушением, проводимым при помощи магнитофона. Сначала вместе с пациентом составля­ется программа обращения к самому себе, где лечащий врач определяет фор­му и основные темы; пациент дома со­ставляет текст, который предъявляет врачу, тот его корригирует (только форму, собственные слова не требуют­ся). Перед началом сеанса должна быть своеобразная музыкальная за­ставка, которая располагает пациента к большему вниманию к собственной речи, которая затем воспроизводится магнитофоном.

Сеансы электросна длятся около 20 мин, в это время наступает своеоб­разное состояние расслабленности, ус­покоения. Процедуры проводятся дважды в неделю, около 10 раз. Содер­жание программ меняется каждую не­делю в зависимости от усиления вли¹ яния гетеросексуального компонента.

Основа метода заключается в однов­ременной аутовербализации, посред­ством магнитофона и электротерапией глубоких структур мозга во время воз­никающих соответствующих эмоцио­нальных состояний.

По-видимому, в плане рассматривае­мой проблемы борьбы со СПИДом, на­ряду с диспансеризацией, этот вариант лечения мог бы быть рекомендован.

При лечении фрустрированных гомо­сексуалов в основном применяются те же методы лечения, что и в терапии глубоких неврозов.

Радикальные способы воздействия на гомосексуальное поведение в буду­щем могут оказаться связанными с пси­хофармакологией.

В настоящей главе была предприня­та попытка выяснить возможную роль гомосексуалистов в распространении СПИДа — смертельного заболевания, эффективный способ лечения которого еще не найден. Выяснились известные параллели между заболеваемостью си­филисом и СПИДом. Вспышка сифи­лиса началась в 60-х годах и продол­жается до сих пор. Дерматовенеро­логи многих стран мира отметили отно­сительное преобладание гомосексуалис­тов среди больных сифилисом мужчин.

Различия в возбудителях, вызываю­щих эти заболевания, очевидны: блед­ная трепонема не обладает замет­ной в настоящее время способностью повреждать иммунную систему орга­низма в отличие от ВИЧ. Следователь­но, причину предпочтения поражения гомосексуалов надо искать не столь­ко в возбудителях, сколько в особен­ностях их полового поведения. Тем не менее мы далеки от утверждения, что все гомосексуалисты подвержены рис­ку заражения СПИДом, вследствие хотя бы того, что сама структура гомо­сексуализма представляется неоднород­ной. Например, есть переходные груп­пы, связывающие их с основной попу­ляцией, имеются мужчины, склонные к двойному сексуальному поведению, имеющие половые контакты с женщи­нами и мужчинами, и т. д. Наиболее опасной, наряду с проститутками и нар­команами, является группа рафини­рованных гомосексуалов, для которых существенной формой проявления по­ловой активности являются необык­новенная многочисленность связей и аногенитальные контакты, последние, как стало известно, являются эпиде­миологически важными в распростра­нении СПИДа.

Больной Л., 48 лет, находился в клинике по поводу серорезистентного сифилиса, который ос­тался после 5-го заражения этим заболевани­ем. По половому поведению характеризуется как рафинированный гомосексуал с многочис­ленными аногенитальными контактами. Его женственность проявлялась в ситуациях, тре­бующих эмоционального напряжения: становил­ся говорливым, делал множество движений, умо­ляюще складывал руки, жесты становились мягкими, мимика расплывчатой, заискивающей, складывалось впечатление, что в выражении его душевного состояния участвует весь его об­лик. При очередном серологическом тестирова­нии на СПИД результаты оказались положитель­ными, он признан инфицированным и был изо­лирован для дальнейшего наблюдения в инфек­ционную больницу.

По-видимому, если СПИД будет распространяться в нашей стране, то его наиболее вероятными многочислен­ными жертвами могут оказаться пациенты, подобные Л.

К сожалению, следует признать, что в настоящее время каких-либо су­щественных способов, дающих стабиль­ный эффект в коррекции полового по­ведения этих людей, не существует. Среди гомосексуалистов этого вариан­та часто встречаются фрустрированные, глубоко разочарованные люди, в какой- то мере растерянные.

Наиболее перспективными способами в борьбе с этим путем распространения СПИДа можно считать следующие мероприятия:

1) диспансеризация рафинированных гомосексуалов при инфекционных по­ликлиниках с периодическим сероло­гическим тестированием, для этого можно обратиться в кожно-венероло­гические диспансеры, где некоторые из них уже находятся на учете по пово­ду венерических заболеваний, особенно повторно болевших сифилисом;

2) применение психотерапевтических и других методов коррекции полового поведения рафинированных гомосек­суалов, подобных тем, которые приме­няются в отношении наркоманов и про­ституток;

3) максимальное оберегание беремен­ных женщин, разъяснение в женских консультациях причин, которые могут повлиять на половое поведение их по­томков. В этом отношении могут повли­ять, как это было указано выше, не только стрессовые ситуации, но и такие препараты, как резерпин, хлорпрома­зин, пентобарбитал, фенобарбитал, гор­мональные препараты, которые могут изменить нормальное течение крити­ческих периодов, когда происходит формирование морфологических струк­тур, ответственных за будущее поло­вое поведение человека; это вполне естественно окажется существенным и для профилактики женского гомосек­суализма;

4) необходимо также предусмотреть создание своеобразных консультатив­ных социально-биологических центров, где гомосексуалисты могли бы от спе­циалистов получать корригирующие со­веты относительно их поведения.