ПАРАДОКСЫ ГЕОМОНИТОРИНГА УКРАИНЕ

5.5.1. Использование ГИС технологии в Украине сталкивается с гигантскими проблемами. Это касается и ГИС технологии в целом, и ее использования в эпидемиологии в частности. По причине того что объем книги ограничен, показаны только самые главные проблемы «правового поля» использования ГИС технологии.

• Создание карты есть дело во многом коллективное. В ее создание так или иначе вовлекаются самые различные специалисты. Они мо­гут работать в различных организациях. Когда карта сделана, кому она принадлежит? Может быть, это где-то и прописано в праве, но этого нет в голове экспертов. Плохо. Полагаю, что и в праве нет четкого определения ситуации. Приступаешь к работе и не знаешь, кому будет принадлежать результат. Аналогия: вы строите дом, но никто не знает чей он? Насколько качественно вы его будете де­лать? У вас не возникнут проблемы и конфликты по мере прибли­жения к завершению строительства?

• Нормой в Украине является использование краденного программ­ного обеспечения. ГИС программы вполне дороги. По этой причи­не их не покупают. ГИС-программы раздаются бесплатно вузам и некоторым организациям. Но часть из них должна покупаться. Это

делается крайне неохотно. Впрочем, чаще всего не покупают и программы Microsoft, которые стоят недорого. Для организации приобрести такие программы стоит сущие копейки. Но это не дела­ется. Не по причине экономии. Просто нет идеи. Как это интерпре­тировать с правовой точки зрения? И дело не только в том, что мы используем краденное. Дело и в том, что мы прекрасно: то что бу­дет сделано нами самими, также будет украдено. Я потрачу много времени и сил на разработку ГИС по нециклическим процессам. Придется заниматься вопросами, которые мне не совсем интересны с научной точки зрения. Создание ГИС - это и масса рутины. Рабо­та будет сделана, но . она тут же будут украдена. Это будет сде­лано естественным образом.

• Карты делаются в Лаборатории геомониторинга и прогнозирования эпидемических процессов НИИ геодезии и картографии. Кому принадлежат эти карты? Карта, как и текст, может иметь различ­ную научную и практическую значимость. Внешне они могут вы­глядеть примерно одинаково, но содержательное наполнение раз­личное. Карту, в отличие от текста, сложно сделать полностью в одиночку. Возникает проблема четкого определения того чей этот продукт. Проблема четко не формулируется и никак не решается. Результат? Один их результатов - отсутствие корректного карто­графирования эпидемиологической информации. Это не просто

техническая задача перевода табличных данных в картографиче­ский вид. Это сложная работа, и нужно добиться того, чтобы эпи­демиологическая карта отражала реальность, а не содержала мно­жество бессмысленных, хотя формально и правильных, моментов. Можно сказать и несколько иначе: попытки синтеза географиче­ского и картографического подхода дают принципиально новое ка­чество эпидемиологических карт. Проблема в том, что пространст­венные (географические) исследования не проводятся. Когда начи­наешь их проводить в Украине, сталкиваешься с такой массой про­блем, что и Центральная Африка не покажется опасным и диском­фортным местом.

• Нормой для Украины является использование интеллектуального труда людей вне трудовых соглашений (контактов).

• Собраны эпидемиологические данные. Они собраны конкретным человеком. Он потратил много времени и сил. Часто нужно тратить и деньги. Далее начинается обработка собранных данных. Делается эпидемиологическая карта. В какой мере тот, кто собрал данные, является автором карты? Это, казалось бы, частный вопрос, но он всплывает довольно часто. У такой работы - сбор эпидемиологи­ческих данных и создание карты - различные исполнители. Работа делается в различных организациях. Она может быть разорвана во времени. Соответственно этому связи людей, которые начали ее, могут не сохраниться. Я говорю не о бесчисленных скандалах в экспертном сообществе. ... По этому пункту можно было бы ска­зать много всего. Проблема есть, и она не решается. В итоге карто­графирование ведется только по самым неинтересным данным, ко­торые с содержательной точки зрения просто ничтожны.

• В какой мере можно делать публикацию данных, которые исполь­зованы в основании карты? Статус данных в Украине очень часто предельно неопределенный. Примером могут быть данные, кото­рые мы использовали для картографирования ТБ в Украине 1998 - 2008 годов издания. Это: а) открытые данные, б) для служебного пользования или в) закрытые данные? Бог его знает. Так до конца и непонятно. На поставленный вопрос никто ответить не может. Се­мантика вопроса непонятна. Именно семантика. Не на всякий во­прос можно ответить. Можно ответить только на вопросы, которые формулируются правильно. Все что касается данных в Украине

имеет очень специфическую семантику. Стоит учесть и то, что эпидемиологические данные, полученные со стороны, часто при­ходится корректировать. «Лишний ноль» в них может быть вполне часто. Когда я исправляю явные ошибки в данных, полученных со стороны, я что-то нарушаю? Если не исправлять, то данные нет ни­какой возможности обработать на ГИС программе. Она не понима­ет ни зулусскую, ни одесскую семантику. У нее американская се­мантика. Стоит вспомнить и апорию «Куча». Одно зерно не куча. С какого-то момента появляется именно куча. Одно исправление в данных ничего не значит. А 300 исправлений? Это уже какие и чьи данные? И такое количество исправлений не есть фантастика и вы­думка.Это реалии картографической обработки украинских эпи­демиологических данных. Мне дают данные по бациллярному ту­беркулезу в Одесской области, а я не могу найти около 10% ука­занных населенных пунктов! Их нет в природе! Есть человек.

Поставленные вопросы не решаются по многу лет. Они, собст­венно, и не формулируются в таком виде. Картографический рынок в Украине поделен. Есть блок тематической картографии, который мо­жет включать и эпидемиологическое картографирование. Он не раз­вит. Причины его неразвитости и те, которые описаны выше. А что в итоге? В итоге (помимо всего прочего) соответствующие темпы раз­вития эпидемии ВИЧ/СПИД/ТБ. Эта эпидемия развивается не только

наркоманами и проститутками. Она развивается не только посредст­вом гетеросексуальных связей множества людей, которые все никак не сообразят, что ВИЧ-1 распространятся и на них. Она развивается и экспертным сообществом Украины. Уклонение от решения давно на­зревших вопросов есть косвенный вклад в развитие эпидемии. Ответ ей должен быть вполне интеллектуальным и коллективным. Мы должны понимать общие угрозы и кооперироваться в уклонении от них. Но у всех есть свой «кормящий ландшафт», как выражался Лев Николаевич Гумилев. Все состоят при нем и никого на него не пуска­ют. Готовы погубить всех: и «кормящий ландшафт», и себя самих, - но никаких перемен на нем не допустят. Перемен вполне разумных. Не допустят по причине того, что появление там чужака меняет ие­рархию. В итоге, следуя доминирующей логике, меняют и заработки. Научный феодализм. Нет никакой науки, в ее западном понимании. Эпидемия «обходит» стороной не только «нормальных» людей Ук­раины, но и множество экспертных областей.

5.5.2. Любопытно. Почти три года велся проект. Все шло с вели­чайшим трудом. В основном по причине того, что менеджмент проек­та был изумительно плох. Важно и то, что семантика участников про­екта была различной. Мы просто говорили на различных языках. В одни термины вкладывалось различное содержание.

Тем не менее, почти подошли к завершению работы. Я имею в виду не формальный отчет, а оформление научных результатов. Важ­ная часть работы в проекте была связана с ГИС и картографией. Под конец проекта, вполне неожиданно избавились от двух специалистов по картографии. Почти все работы нами были выполнены. Почти все сделали. Не было сделано следующее (план на 10,11 и 12 месяцы 2011 года).

Октябрь 2011.Разработка технического задания для создания ГИС «Эпидемия коинфекции ВИЧ/СПИД и ТБ в Одесской области». Техническое задание составляется для эпидемиологической ГИС, соз­даваемой на основании ArcGIS 9.3 и 10.0.

Ноябрь 2011.Решение комплекса картосемиотических вопросов, связанных с ГИС описанием эпидемического процесса по ВИЧ/СПИД и ТБ. Разработка картосемиотики ориентирована на областной атлас, дающий целостное представление относительно эпидемической си­туации на уровне Одесской области.

Декабрь 2011.Написание годового отчета и формулировка ито­говых положений, связанных с картографированием медленных эпи­демических процессов (эпидемии ВИЧ/СПИД и ТБ).

Это информация из многократно измененного годового плана моего и Р.В. Писаренко. Фразы корявые во многом и по причине того, что многократно редактировались. В задание вносились многие изме­нения в соответствии «с пожеланиями заказчика».

Все указанное оказалось ненужным. С точки зрения эпидемио­логов Противочумного института - это просто лишнее. Нужен только набор карт в гигантском количестве (более 1500). Карты представле­ны в формате ArcGIS и pdf. Но это специализированные работы. Как можно не разбираясь в ГИС и картографии эффективно использовать эту информацию? Сложно сказать. Никак нельзя. Узкая специализа­ция дает себя знать. Но дело не только в узкой специализации. Дело и в том, у кого какой образ чужой специальности. Какой образ геогра­фической науки и картографии у эпидемиологов? Это ключевой во­прос. Именно это определяет поведение коллег. В какой-то момент они решают, что на тебя впустую тратятся деньги, которые они могли бы потратить на себя или своих родственников, которых можно оформить на освобожденное место.

Чем занимается дирижер симфонического оркестра? Размахива­ет руками и смотрит (с вдохновенным, умным, глупым - как скажите) видом в партитуру. Переворачивает страницы. Что еще делает? Боль­

ше ничего не делает. Разве я так не могу? Могу. Последствия лучше не слышать.

В середине 2011 года возникла проблема. В Противочумном ин­ституте решили, что не нужен доктор географических наук Д.В. Ни­колаенко, а нужен Р.В. Писаренко, который занимается чисто техни­ческой работой. Есть подписанные трудовые соглашения и там опре­делены сроки. Это играет роль? Нет. Раз решили, значит приступили к действиям. Что такое ГИС картографирование с их точки зрения? Это перевод табличных данных в картографический вид. Возишь мышей по столу и нажимаешь в нужном месте. В итоге из принтера выполза­ет распечатанная карта. Вот и вся ГИС технология.

В этот образ входит и следующее. Наложили два тематических слоя. Например, доходы населения и показатели по ВИЧ/СПИД/ТБ. Наложение должно показать следующее: чем меньше денег у населе­ния, тем больше у него туберкулеза. Такая методика называется овер- лэйновым анализом. Если попросту - наложением слоев. Наложили слои, а ГИС показывает, что чем больше денег у населения, тем боль­ше у него туберкулеза! Все наоборот. Какая экспертная реакция? Зна­чит, что-то неправильно с ГИС или с данными, но принципиальный тезис эпидемиологи под сомнение не ставится. Про наложение забы­ли. Нехорошая методика. Дает нелепые результаты. Ни тени сомнения в корректности эпидемиологической догмы. Ни тени интереса к выяв­ленному феномену. Есть доходы, а есть типы поведения. Может быть, в этом дело? Но это уже рассматривается как слишком большая тон­кость. Интереса к ней также нет.

Под этот замечательный образ ГИС технологии, начались ак­тивные действия. Они уже частично рассматривались. Сейчас важен только образ того, что есть ГИС технология, что есть пространствен­но-временной анализ эпидемии ВИЧ/СПИД/ТБ в понимании специа­листов Противочумного института. Какой образ, такие и действия.

Это вопросы не личного, а более общего плана. В подобном от­ношении к специалистам по ГИС и картографии проявляется и уро­вень понимания пространственно-временной тематики в современной

эпидемиологии ВИЧ/СПИД и ТБ. Он изумительно прост. Имеет место откровенно школьное понимание картографии. Имеет место стран­нейшее понимание того, что есть ГИС. Это не программа, которая по­могает в исследовании и с которой можно вести диалог. Это некий волшебный ящик, в который можно запустить какие угодно количест­венные эпидемиологические показатели, а из него вылезет строго на­учный ответ. Если «строго научный ответ» противоречит догме, то о нем забывают. Назад его в ГИС не засовывают. Просто забывают.

Многочисленные беды, которые творит в Украине эпидемия ВИЧ/СПИД/ТБ, во многом основаны на неразвитом экспертном про­странственно-временном образе происходящего. Это имеет множест­венное проявление. В том числе и то, что ярко проявилось в данном проекте. Вам навязывают то, что вы должны делать. Приглашается специалист, а затем на него начинают давить и доказывать, что он в своей специальности делает что-то неправильно. В его специальности есть четкие ограничения, и они именно такие, какие сложились в соз­нании эпидемиологов. Проявляется традиционное для СССР и пост- СССР неуважение к экспертному мнению. В данном случае оно про­является в контактов специалистов различных областей науки.

Примером может быть курьезный случай с переманиванием со­трудника Лаборатории в Противочумный институт. Нужен только технарь, который делает карты. Дело якобы только в непонятности ГИС программы. Ни в чем более. Дело не в данных. Они могут быть какие угодно. Дело не в интерпретации карт. Об этом и речи нет. Дело не в исследовании пространственной и морфологической структур эпидемического процесса. Это вообще непонятно что. Дело только в массированном переводе табличных данных в картографический вид. Только в этом. Ничего не более, но и не менее того. Вот и вся про­странственно-временная динамика эпидемии ВИЧ/СПИД/ТБ.

5.5.3. Ригидность семантического айсберга и детерминация им экспертного поведения. Важный вывод, который можно сделать из историй июня - ноября 2011 года связан с тем, что не происходит ни­какой адаптации членов одесской группы к новым эпидемическим ус­

ловиям. Эти специалисты много знают об ухудшении эпидемической ситуации и в целом, и конкретно в Одессе. Это важное время - все еще можно попытаться как-то занизить темпы эпидемического роста. Но это просто не делается.

Проект был организован:

а) с моей точки зрения, на невероятно некачественном уровне. Было все. Было 100% финансовое покрытие расходов. Со стороны го­сударства в данном случае не было никаких проблем. Как ни необыч­но для него, но были созданы все условия. Но вмешивается клановый уровень организации науки. Важную роль играют одесские стандарты поведения. Проект сводится к имитационной научной работе и уста­новке на то, чтобы не потратить лишнюю копейку именно на научные исследования.

б) С точки зрения экспертов Противочумного института все нормально. Их модель поведения естественна. У клана есть некоторые враги. Сам клан невероятно противоречив - там постоянные выясне­ния отношений. Но перед лицом врагов это как хорошая команда по регби. У клана есть интересы. Когда проект пробит и идет, нужно не потратить ни копейки на стороны. Когда проект заканчивается, нужно продлить его еще на три года. Результатов нет? Какая разница! Ведь тема какая! Эпидемические цепи по ВИЧ/СПИД и ТБ! Кто скажет, что это не актуально? И на выходе будет создание ГИС! Это новая техно­логия, и она может быть эффективна для профилактики. . Такая мо­дель поведения реализуется спонтанно. Она очень органична. При этом реализация такая, какая описана. Есть невероятная ситуатив- ность поведения. Но есть и константы поведения. Детально социоло­гия функционирования такой группы эпидемиологов анализируется в книге «СПИД - Туберкулез - Одесса! Последняя эпидемия».

Экспертная группа работает по очень жесткой программе, кото­рая воспринимается ее членами как совершенно естественная. Наибо­лее любопытным здесь является единство архетипических, структур­ных и атрибутивных выражений экспертного поведения. Они работа­ют в изумительной связке. Итогом ее проявления является то, что

эпидемии ВИЧ/СПИД/ТБ как факта реальности просто не существует! Все преломляется в конкретные групповые интересы. Происходит са- моотчуждение группы экспертов от этой эпидемии. Обращение к эпи­демии - объекту происходит только тогда, когда нужно давать оче­редное обоснование. Тогда начинается истерика, вернее, разыгрывает­ся истерика. Показывается, сколь плохо эпидемическое положение. Эпидемия - Реальность появляется только в таком случае. При ее ис­следовании Эпидемии - Реальности нет. Она завешается Эпидемией - Образом. В поведении группы Противочумного института это видно очень ясно.

Идентичные примеры можно видеть и в поведении МОЗ Украи­ны. Например, когда заходит речь относительно очередного займа де­нег на профилактику ВИЧ/СПИД и ТБ в Украине, в украинской прес­се моментально начинается компания посыпания пеплом своих и чу­жих голов. Говорится о тяжелейшем эпидемическом положении. При­водятся жутковатые истории. Центральные улицы Киева покрываются бигбордами, говорящими о том, что ВИЧ/СПИД имеет отношение к каждому и что его нужно остановить. Называются цифры...

История с цифрами имеет и особый смысл. Эпидемиологическая карта релятивна. На основании одних и тех же цифр можно дать су­щественно различные эпидемиологические карты. Зрительно они бу­дут восприниматься различно. В периоды такого рода компаний по выбиванию денег от международных организаций краски сгущаются. Карты становятся наиболее драматичными. Пол Украины закрашива­ется в красный тревожный цвет, говорящий о том, что нужно срочно что-то делать. Делать нужно, а денег нет. То есть стоит дать в долг. Но проходит срок решения: давать - не давать очередные деньги и . все меняется. Не суть важно, дали деньги или не дали. В любом вари­анте до следующего года и до следующего решения «накал борьбы» с ВИЧ/СПИД и ТБ резко падает.

Еще раз отмечу это важный тезис. Эпидемия - Реальность появ­ляется в Украине только эпизодически и только под получение фи­нансирования. В остальное время она замешается Эпидемией - Обра­

зом. Эпидемию - Образ могут, как телевизор, выключить на неопре­деленный срок. То есть ее уже вроде бы как и нет. Эпидемия - Реальность не рассматривается как феномен континуальный. Она есть феномен дискретный. В этом смысле, ею управляют.

В поведении одесской группы и поведении МОЗ в равной мере проявляется эта особенность интерпретации эпидемического процес­са. Он не реальность. Он только повод. Они знают о реальности, но обращение к ней имеет место только в те периоды, когда нужно ре­шить какие-то свои проблемы. Реальность эпидемии отражается толь­ко в краткий период времени. Странно здесь то, что все эти люди ме­стные. Они не марсиане. Они принадлежат к одному и тому же биоло­гическому виду. Они не собираются уезжать из Одессы. Все местные, и такое отношение местного эксперта к местной же эпидемии немно­го удивляет. Все местные патриоты. Очень любят свой город и назой­ливо гордятся им. И в то же время делают то, что не сделает для Одес­сы ни один враг.

Семантический айсберг работает. Он говорит человеку, что тот всегда прав. Его точка зрения единственно возможная. Она нормаль­ная. Я бы назвал это «зулусской нормальностью». То есть это естест­венная убежденность человека в своей правоте и единственно воз­можной модели поведения. В основании этой модели лежит его прак­тический интерес. Это немного детская черта, но она проявляется и у взрослых. Если ваша «зулусская нормальность» порождает какие-то проблемы, скажем, проблемы для других людей, пусть коллег из дру­гого города и организации, то это связано только с этими людьми. Это не связано с вашими архетипическими и структурными выраже­ниями. Вы всегда правы.

Самое неприятное в экспертном стандарте «зулусской нормаль­ности» то, что эпидемия, как явление реальности, носит дискретный характер. Это тип реальности в духе телевизионной программы. Есть телевизионный приемник. Есть пульт. Есть невидимые «простому че­ловеческому глазу» каналы, на которых постоянно что-то показывают. Любой из этих каналов активизируется в нужный момент. В этот мо­

мент он «обретает реальность». Когда необходимость в активизиро­ванном канале пропадает, он выключается. Реальность уходит в небы­тие. Именно такая модель поведения проявляется на самых различных уровнях. В том числе на уровне экспертной группы Противочумного института им. И.И. Мечникова, город Одесса, Украина, Северное по­лушарие.

Реализация этой установки делается посредством атрибутивных выражений. Именно они отвечают за конкретные реализации архети­пического и структурного уровня. Эти уровни слишком фундамен­тальны и выражаются только опосредованно.

Опять же примерами могут быть истории завершения этого про­екта. Пример: «Если в плане записано, то вы должны сделать». Да, это так. В плане записано создание некоторого количества карт. Опреде­лена тематика и предоставлены данные. Никто и ничто не должно по­мешать в выполнении четко прописанного. Но в плане не записано то, что не платится зарплата по четыре месяца. Там не записано, что нас с нарушением законодательства как-то странно увольняют за несколько месяцев до завершения проекта. Там не записано, что ответвленный исполнитель проекта (я) устраняется от него за несколько месяцев до окончания трехлетней работы. Объясняют: это не имеет никакого от­ношения к плану. Ситуация типовая. В ее основании интересы по эко­номии заработной платы. Важную роль играет и устранение от итого­вого отчета. Зачем иметь специальные мнения в этом отчете? Просто заявляется, что человек ушел. Не просто ушел, но страшно подвел группу! Потому и все так плохо с научной точки зрения.

Конкретные наполнения такой активности группы протекают в строгом соответствии с привычными обыденными моделями поведе­ния. Фактически это модели поведения, которые можно определить как тип «Привоз». Элементы мошенничества здесь предусмотрены и ничего плохого в них не видится. Архетипический, структурный и ат­рибутивный уровни сливаются в нечто типовое и невероятно непро­дуктивное с точки зрения научных результатов. Что является итогом работы такой группы? Предполагается, что итогом должен быть науч­

ный результат. Тем более по такой важной теме. Но в реальности ито­гом является воспроизводство самой группы. В ней главное не иссле­дование эпидемии ВИЧ/СПИД/ТБ. Самое главное - она сама. Это па­ровоз для машиниста. И совершенно не важно, что творится за преде­лами его кабины. Именно этим можно объяснить и некоторые кажу­щиеся странности в групповом поведении.

5.5.4. За время работы в Украине меня неизменно поражала странность. С одной стороны (вроде бы) геомониторинг нужен. Впол­не очевидно, что у эпидемии нет равномерного распространения по территории Украины. В постоянно «худших» фигурируют строго оп­ределенные области. Скажем, Одесская и Днепропетровская. Как бы ни было плохо везде, но в этих всегда хуже, чем в других. На обыден­ном уровне все понимают, что и в этих областях не все равномерно. То есть даже на уровне явно неспециализированного восприятия ре­альности эпидемии ясно, что геомониторинг нужен. Но . как только дело доходит до реализации установки на геомониторинг, возникают различного рода сложности. Их итогом является то, что эти проекты не реализуются никогда. Такое было и в проекте 2009 - 2011 годов.

Основная причина в том, что есть сильнейшее противоречие стандартов научного эпидемического геомониторинга и его познания именно в Украине. Я сейчас говорю об этом государстве и общество. Проявляется социо-культурная ограниченность на проведение эпиде­миологических исследований. Это все те же архетипические и струк­турные выражения.

Геомониторинг подразумевает следующее:

• количественные показатели отражают реальное эпидемическое по­ложение. Показатель есть индикатор состояния реальности. Это не тема для обсуждения, а только факт реальности, который принима­ется в геомониторинге без обсуждения. Это аксиома;

• периодически система учета количественных показателей меняет­ся. Это, например, касается туберкулеза. Итогом таких перемен становится то, что понятия «эпидемиологической ситуации» и «эпидемической ситуации» начинают резко различаться. На этот

случай нужно водить своего рода коэффициенты валидности дан­ных. Пусть система учета меняется так, как она это делает, но нуж­но пересчитывать данные в соответствии с мониторингом. Это можно сравнить с пересчетами курсов валют. Гривна может стоить больше или меньше относительно евро и доллара США, но всегда можно пересчитать стоимость гривны за любой указанный период времени и выяснить ее стоимость;

• геомониторинг подразумевает независимость экспертизы. Есть сторона, которая определяет количественные показатели, и есть эксперты, которые дают оценку того, что и где имеет место быть. Информация оценивается с четко определенных позиций;

• Геомониторинг подразумевает использование самых различных источников информации относительно эпидемической ситуации. Это не только официальные цифры. Они важны и они всегда учи­тываются. Но они сами есть объект для оценки. Используются дан­ные самых различных источников. На основании различных источ­ников делается оценка ситуации;

• Геомониторинг подразумевает наличие и полевых исследований. Их можно назвать и выборочными проверками. Они совершенно необходимы. Если показатели одного небольшого городка, кото­рый можно определить как «одношахтный город», то есть населен­ный пункт с узкой специализацией, драматически отличаются от других примерно аналогичных населенных пунктов, нужно делать проверку показателей. За основу берутся цифры, которые получе­ны в том населенном пункте, где были проведены детальные и корректные исследования. Данные могут на порядок превосходить цифры других населенных пунктов этого же типа, где исследова­ния никогда не проводились.

• Геомониторинг подразумевает наблюдение за реальностью эпиде­мии в неком групповом интерактивном режиме. Ни у кого нет мо­нополии на этот процесс. Есть специализированная организация. Но результаты ее активности доступны и другим экспертам. Мож­но ответить на все вопросы.

И так далее. В мою задачу не входит детальное рассмотрение сути геомониторинга эпидемических процессов. Есть немалое количе­ство работ, в которых дается этот материал^[244]. Сейчас наиболее важно то, что происходит столкновение двух стандартов - стандарта геомо­ниторинга и его понимания именно в Украине. Стандарт геомонито­ринга пришел с Запада. Там он развивается. Там ситуация не идеаль­ная с точки зрения реализации потенциальных возможностей геомо­ниторинга, но она вполне разумная. Есть систематическое использо­вание ГИС технологии. Ведется наблюдение за эпидемическим про­цессом и прочее. Пример: США. Чтобы не использовать место в кни­ге, просто сошлюсь на активность Центра по контролю за инфекцион­ными заболеваниями (CDC). Все можно посмотреть самостоятельно. Может быть не все понятно с первого взгляда, так как официальный сайт этой организации носит, скорее, пропагандистский характер. Но не вся активность сводится только к сайту.

В конкретном случае Украины происходит подмена содержания термина «геомониторинг». Используется все та же терминология. Это все те же ГИС программы. Единственное отличие от США в том, что там они покупаются, а здесь используются ворованные версии. Но это мелочи. На такое мы уже давно не обращаем внимания. Просто рути­на. Сейчас важно то, что по всем пунктам идет выхолаживание геомо­ниторинга. Возвращаюсь к пунктам, указанным выше:

• количественные эпидемиологические показатели в Украине не являются чем-то абсолютным. В теории они должны от­ражать реальное положение. В реальности они живут само­стоятельной жизнью. Показатель не столько индикатор со­стояния реальности, сколько часть отчетности. Связь отчет­ности и реальности также очень неопределенная. То есть эта аксиома геомониторинга в Украине категорически не под­держивается. Скорее, версия обратная;

• все знают, что периодически система учета показателей ме­няется. Примером может быть ТБ. Совершенно очевидно,

что понятия «эпидемиологической ситуации» и «эпидемиче­ской ситуации» именно после смены системы учета начина­ют резко различаться. Эпидемическая география страны ме­няется драматически. Ситуация динамичная. Здесь начинает проявляться резкое отличие именно украинской реальности от очередной аксиомы геомониторинга. Никакие коэффици­енты валидности данных не вводятся. Начинают говорить о новых цифрах как о реальности. Отчасти пересчеты не дела­ются и по причине того, что при пересчетах будут неизбежны противоречия экспертных и официальных цифр. Такие про­тиворечия не допускаются;

• геомониторинг подразумевает независимость экспертизы. Есть сторона, которая определяет количественные показате­ли, и есть эксперты, которые дают оценку того, что и где имеет место быть. Ничего подобного в Украине нет;

И так далее. Не стану продолжать. Суть в том, что по всем пунк­там есть серьезнейшие противоречия. Происходит столкновение стандартов. Понимание геомониторинга не есть дело случайное, зави­сящее только от знания - незнания. В его основании лежит семантиче­ский айсберг. К величайшему сожалению, это жесткая, невероятно ус­тойчивая структура. Вместе с тем она высоко адаптивна. Она активно усваивает информацию реальности, и знанием становится далеко не вся информация. Казалось бы, простое решение - приехать группе эпидемиологов из государства Х в США. Провести там некоторое время. Усвоить продуктивные стандарты геомониторинга. Вернуться к себе и начать их реализовывать. В реальности это дает не очень много. Усваиваются частности. Не более того. Эксперт возит с собой свой семантический айсберг и на своей территории воспринимает его как норму.

5.7.5. Сошлюсь на свой личный опыт. С 2006 по 2011 годы я предпринял в Украине систематически усилия по организации иссле­дований. Важно, что это были работы, проводимые в соответствии со

стандартами, которые отличаются от доминирующих именно здесь. Практические все проваливается. Не проваливается только то, что:

• делаешь сам и только сам. Нужно все делать вплоть до мело­чей самостоятельно. Это касается и рутинной работы с кар­тографированием, различного рода расчетами и прочим;

• успешно идет тематика метанаучного характера. Начинается проект. Он не по метанаучной тематике. Пусть это проект 2009 - 2011 годов. Можно быть априори уверенным, что большая часть того, что в нем изначально прописана, прова­лится. Не просто провалится, а с капитальным треском. Но будет материал метанаучного характера. Как работает эпи­демия, как развиваются эпидемические цепи, понять не уда­стся. Причина в том, что исследования все равно проводиться не будут. Но понять, как работает эпидемиологическое со­общество, понять будет можно. Это не то что хотелось бы, но и негативный результат - также результат.

Опыт работы в Украине можно сравнить с crash-test. На полной скорости в стену. После этого начинается анализ того, что произошло. Кто и в какой мере страдает при такой ситуации. Это важная инфор­мация. Но там тест сознательный. К нему готовятся и в машине сидят манекены с тщательно размеченными телами. Здесь тест спонтанный. В машине сидит не манекен, а ты сам. После очередного столкнове­ния, тщательно размечаешь свое пострадавшее тело и описываешь, что и как произошло. До сих пор работа по исследованию эпидемии ВИЧ/СПИД/ТБ в Украине идет именно в таком направлении. Доста­точно болезненная процедура.

Я полагаю, что это также важно. Без такого знания нет возмож­ности ответить на массу вопросов. Казалось бы, есть все. Есть экспер­ты. Есть ГИС технологии. Есть эпидемия, которая набирает шоки­рующие обороты. Есть желание не умереть от СПИДа. Есть даже деньги (даже это есть!). На проект 2009 - 2011 годов дали вполне дос­таточное количество денег и было достаточное количество времени! О таком нельзя было и мечтать. Все есть, кроме одного . нет никакого

разумного научного результата. Вместо исследования эпидемии ВИЧ/СПИД/ТБ очередной crash-test. В силу якобы случайностей все проваливается. Время потрачено. Деньги, выделенные на исследова­ние, куда-то испарились без каких-либо научных последствий. Эпи­демия сама по себе. О ней мы даже и забыли!

Почему так происходит? Я пытаюсь отвечать на эти вопросы. Ясно, что дело не только в некой ГИС технологии. Это просто удоб­ный инструмент, который можно эффективно использовать. А можно и не использовать. Можно использовать как-то своеобразно. Часами Rado или Rolex можно колоть орехи. А можно даже этого не делать. В самые дорогие часы можно забыть поставить батарейку или забыть их завести механически. Функция часов просто теряется. Виноват ли производитель точнейших и дорогих часов, что с его продукцией по­ступают именно так? Вряд ли.

Нечто подобное имеет место в случае ГИС технологии и ее ис­пользования в Украине. Когда это поведение одного человека - это можно рассматривать как курьез. Когда это массовое и многолетнее поведение, - это стоит исследовать научно. Можно изменить систему образования и лучше готовить специалистов по картографии и ГИС- технологии? Да это нужно сделать. Это что-то изменит в использова­нии ГИС технологии? Нет, это не изменит ничего. Дело не только в детальном знании возможностей программы и профессионализме кар­тографа. Он только небольшая часть более общей задачи и цепи. Всплывает масса вопросов, на которые нет никакой возможности дать разумные ответы.

Я не знаю, что делать в такой ситуации. Нет возможности вое­вать со всеми. Это вообще не является задачей. Вероятно, лучший вы­ход из ситуации - проведение эпидемиологических исследований для зарубежных заказчиков. Если проект под контролем и в нем нет ника­кой противоречивой связки организаций, которая готова устроить по­боище местного значения, то можно вопрос исследовать корректно. Вероятно, основные причины того, что происходит в украинской нау­ке, именно организационные. Вернее, они имеют социо-культурные

основания. Но конкретное выражение дикой неразберихи и замкнуто­сти на себя самих, организационное. Функция наука, связанная с по­знанием, получением именно научных результатов, просто утрачена. Ее нет. Должна быть некая третья сила, которая четко и жестко опре­деляет, что и как нужно делать. Это странно для научной работы, но в условиях Украины ничего иного, скорее всего, быть не может.

Мы говорим о развитии нециклического эпидемического про­цесса. Эпидемия ВИЧ/СПИД/ТБ развивается. Обратного хода нет. Процесс необратимый. Это полет с N-го этажа. Упасть можно только в одну стороны. В обратную сторону летают только в кино. Последст­вия падения можно пытаться (именно пытаться!) минимизировать. Полезной в этом отношении может быть и ГИС технология. Возмож­ность минимизации потерь от развития эпидемии небезгранична. В некоторых культурах это понимается. В некоторых не понимается. Эпидемия ВИЧ/СПИД/ТБ в пространстве и времени развивается не­равномерно. Думалось, что причины этой неравномерности в элемен­тарном незнании, непонимании. К сожалению, они не только и не столько в этом. Одна из причин в экспертном сообществе и всей сис­теме научных и научно-технических работ, которая имеет место в го­сударстве и обществе. Показатели по ВИЧ/СПИД/ТБ не могут быть случайными. Они всегда отражают реалии общества и государства. Они отражают и реалии их экспертного сообщества. Эпидемию ВИЧ/СПИД/ТБ в Украине делают все. В том числе эпидемиологи и картографы. Каждый вносит свой посильный вклад в эпидемическую катастрофу.

Киев, 13 - 15 ноября 2011 года.