Маскулинность и феминность: от бинарной оппозиции к целостной человечности

Понятия маскулинности и фемининности выражают нормативные представления и установки, какими должны быть и, следовательно, чем должны заниматься мужчины и женщины в данном обществе и в данное время.

Различные психологические теории по-разному подходят к тому, как и когда человек осознает свою гендерную идентичность. При этом все они — и психоаналитическая теория Фрейда, и теория когнитивного (познавательного) развития Колберга, и группа теорий так называемого социального научения — подчеркивают, что процесс гендерной идентификации ребенка — не простой, не одношаговый и не автоматический.

Социальные роли, предназначенные для представителей разных полов, меняются вместе с изменениями в обществе. Так, например, до самого конца XIX века женщинам во всем мире было запрещено получать высшее образование, а значит, социальная роль образованных профессионалов была для них недоступна. Однако уже к концу XX века число студенток вузов во многих странах превысило число студентов-мужчин

Сила и слабость гендерной дихотомии

Превалирующим в бытовом сознании является биполярное, дихотомическое понимание маскулинности и фемининности — в прямой зависимости с биологическим полом, диктующим, какими должны быть личностные характеристики, внешность, поведение, одежда, увлечения, интересы, профессиональные занятия, образовательные специальности, сексуальные и межличностные отношения мужчин и женщин. Вплоть до 70-х годов прошлого века аналогичные представления господствовали и в науке. Мыслители прошлого были убеждены, что если гендерные характеристики находятся в согласии с полом, то личность более психически здорова и устойчива. Все, что не вписывалось в строгий гендерный дуализм, считалось отклонением от нормы и рассматривалось как проблема.

Стереотипы приписывают женщинам пассивность, послушность, эмоциональность, склонность к кооперации, ориентацию на людей.

Такой подход привлекателен своей теоретической стройностью и отвечает нашим интуитивным представлениям, что называется, на житейском уровне. Однако он не выдерживает даже самой поверхностной сверки с реальностью. Так, например, мужчины бывают вполне послушными воле начальника (даже если начальник — женщина), а мужчины-художники (в самом широком смысле этого слова) ценят красоту не менее женщин. С другой стороны, женщинам никак не обойтись без проявления лидерских качеств, например, во взаимодействии с детьми, да и красота в любой сфере не может быть достигнута без компетенции и мастерства.

В современном обществе сплошь и рядом встречаются люди, не вписывающиеся в прокрустово ложе общепринятых гендерных моделей. Так, например, женщина может считать себя вполне фемининной, но при этом обладать такими маскулинными чертами, как рациональность, спортивность и склонность к техническим видам профессиональной деятельности, будь то инженер, программист или водитель. А мужчина без всякого ущерба своей мужественности может испытывать склонность к «женским» занятиям вроде воспитания детей, шитья или приготовления пищи. Причем многое здесь зависит от ситуации. Так, деловая женщина может быть агрессивной в бизнесе и нежной в постели... Все эти и подобные примеры объединяет то, что люди в них определяют себя в измерениях маскулинности-фемининности не в чистом виде, а как смесь того и другого.