НАЧАЛО ДЕЙСТВИЯ

4.2.1. Начало

«Говорили, что на набережной появилось новое лицо: дама с со­бачкой. Дмитрий Дмитриевич Гуров, проживший в Ялте уже две не­дели и привыкший тут, тоже стал интересоваться новыми лицами.

И потом он встречал ее в городском саду и на сквере по не­скольку раз в день. Она гуляла одна, всё в том же берете, с белым шпицем; никто не знал, кто она, и называли ее просто так: дама с со­бачкой.

«Если она здесь без мужа и без знакомых, -- соображал Гуров, -­то было бы не лишнее познакомиться с ней».

4.2.2. Место действия

На эпидемической карте Родины Крым начинает занимать осо­бое место. Летний отдых, необычные для Российской империи, СССР и пост-СССР ландшафты. Необычное поведение, отсутствие контроля со стороны знакомых людей всегда стимулировали поведение, кото­рое можно определить различно: романтическое, фривольное, амо­ральное. Как угодно. Главное отличие - оно необычное. Курортное поведение отличается очень существенно от того, какое существует по месту основного жительства. Летний отдых -это почти Зазеркалье. Место и время, а также сближение сексуальной фантазии и необычной (нетривиальной) реальности однозначно определяют направленность работы мысли на желательность романа. Это именно курортный ро­ман. Это не служебный роман, когда восемь минут удовольствия гро­зят перерасти в длительные и тягостные неудовольствия по месту ра­боты. В курортном романе все иначе. В нем много прелести. Это поч­ти как возвращение в юношеские времена. Только возможности суще­ственно иные. Но, как и в юношеский период, вопрос об ответствен­ности всерьез не рассматривается. Все быстро проходит. Ответствен­ности нет. Почему? Потому что Зазеркалье. Здесь все (не)настоящее.

С моей точки зрения, в курортных романах нет ничего амораль­ного.

Все остальное ушло в тень. Все остальное лечится или почти лечится. ВИЧ-1 убивает.

В недалеком прошлом самая большая инфекционная беда, кото­рая могла стать последствием курортного романа, была связана с ве­нерическим заболеванием и его «высшей формой» - сифилисом. Для женщины добавлялась и нежелательная случайная беременность. Но люди научились бороться и с сифилисом, и с нежелательными бере­менностями. Можно было бы вздохнуть с облегчением и вписать но­вую страницу в историю человеческой морали (аморальности), но появилась новая беда - ВИЧ. Ничего подобного раньше не было. К ВИЧ все никак не привыкнут и постоянно отдаляют его от себя. Это инфекция, которая постоянно «не здесь». Таков доминирующий образ эпидемии ВИЧ/СПИД. В 2010 году он все еще такой в России и Ук­раине. Эпидемические данные соответствующие.

Реальность данной эпидемии мало кого интересует. Она заменя­ется массовыми образами эпидемии. Реальности нет. Она замещается образом. С точки зрения распространения ВИЧ инфекции именно ге­теросексуальным путем Крым и Кавказское побережье России, как территории №1 летнего приморского отдыха, становятся одними из тех мест, о которых можно уверенно говорить: 15% территории дают 80% инфицированных людей. Нет сомнений, что Крым и Кавказское побережье становятся эпидемическими центрами, которые определя­ют пути распространения ВИЧ на значительной части постсоветской территории.

Крым - сексуальный ландшафт №1 современной Украины. Для граждан Российской Федерации он стал менее интересен, но у обита­телей этого государства есть и свои места приморского летнего отды­ха. Например, Сочи. Нет сомнений, что летний приморский туризм, связанный со строго определенными «экзотическими» местами, имеет четко выраженный сексуальный оттенок. Так было в Российской им­перии. Так было в СССР. Такое же положение сохранилось и в пост­советских государствах. Эпидемические последствия одного и того же

поведения различные. Это зависит не от людей, а от времени внешних эпидемических условий.

В отличие от прошлого, в распространении ВИЧ половым путем есть новинки и поведенческие. В частности, они связаны не только с коммерческим сексом, который был всегда. Появилось и то, что мож­но определить, как полукоммерческий секс. Для женщин это означает не проституцию, а (скажем так) повышенную доступность. В основа­нии повышенной доступности лежат явно финансовые интересы.

Полу-коммерческий секс имеет место в летний период времени. Он проявляется на протяжении всего трудового сезона у различного рода «заробитчан». Тема в Украине табуирована, но цифры инфекций, передаваемых половым путем, говорят сами за себя. Люди данной культуры предпочитают быть инфицированными и умереть страшной и позорной смертью лет на 20 - 30 раньше своего биологического срока, но вопрос об адаптации к новой эпидемической ситуации об­суждать отказываются. Это явление массовое в современной Украине. Предпочитают говорить о высокой морали. Стоит уточнить, что под ней понимается. Это к вопросу о семантике.

4.2.3. Почему возникает сексуальное Зазеркалье? Очень просто. Гуров тому пример.

«Опыт многократный, в самом деле горький опыт, научил его давно, что всякое сближение, которое вначале так приятно разнообра­зит жизнь и представляется милым и легким приключением, у поря­дочных людей, особенно у москвичей, тяжелых на подъем, нереши­тельных, неизбежно вырастает в целую задачу, сложную чрезвычайно, и положение в конце концов становится тягостным.

Думается, дело не только в москвичах и их тяжелом характере. Дело и в обстановке. В Москве, как и в любом ином населенном пунк­те, приходится работать. Это забирает и время, и силы. Там масса ог­раничений на сексуальные развлечения. Могут увидеть и рассказать «законной половине». Это не смертельно, но неприятно. Из дома не

выгонят, не убьют, но тягостные разговоры будут. Там ты ведешь себя иначе. У тебя масса ограничений в пространстве и времени обыден­ной жизни. Дело в урбанизированной среде и стандартах поведения в ней. Они накладывают жесткие ограничения на обыденное поведение. По привычке искать причины неприятностей в других людях, ищешь их в тяжелом характере москвичей. Всегда кто-то должен быть вино­ват. Этот кто-то кто угодно, но не ты.

В Крыму, как и в любом сексуальном Зазеркалье, все иначе. Нет привычной урбанизированной среды с ее обязанностями и ограниче­ниями. Ты настроился на нечто необычное. Другие также настроились на аналогичную волну. Это важно. Уговоры не занимают много вре­мени. Есть свободные деньги. Нет контроля за тратой денег (со сторо­ны жены). Есть красивые декорации в виде крымской природы. Даже нейтральная внешность потенциального партнера не может сбить тебя с толку. Ты, как герой Набокова, четко распознаешь, кто есть кто и кто на что способен. Те улавливали нимфеток за 100 метров. Эти, бо­лее простые, но также мыслят в том же направлении. В Москве ней­тральная внешность и нейтральное поведение человека - есть призна­ки нежелания вступать в сексуальную авантюру. В Крыму все иначе.

Гуров в этом отношении эксперт. Все мы эксперты в этом от­ношении. Он не один такой. Таких множество. «И вот однажды под вечер он обедал в саду, а дама в берете подходила не спеша, чтобы за­нять соседний стол. Ее выражение, походка, платье, прическа говори­ли ему, что она из порядочного общества, замужем, в Ялте в первый раз и одна, что ей скучно здесь...

Хоть в рассказах о нечистоте местных нравов и много неправды, но сближение вполне приличного, хотя и легкомысленного Дмитрия Дмитриевича и, безусловно, приличной замужней молодой женщины из приличного общества получилось вполне стремительным, по мер­ках приличного общества своего времени. Все прилично, но путь, ко­торый потребовал бы много времени и был бы реализован в Москве только в очень специфическом случае (любовь в духе Ромео и Джуль­етты), в Ялте прост и естественен. Так, от нечего делать. Фактор места и роли, которые исполняют герои, сыграли определяющую роль. Обе стороны готовы к новым действиям. Они как артисты. Место подхо­дящее. Лучше не найти. Происходящее, скорее, не воспринимается ими как что-то реальное. Это почти как сон. Во сне можно нафантази­ровать все что угодно. Ответственности нет. Нет и инфекций. Проис­ходящее и есть нечто ненастоящее. Ялта - декорация, отдушина в другой мир. Стоит из нее уехать - все растает. Останется в памяти ме­сто действия. Нет ничего настоящего. Это как телевизор, который можно выключить в любой момент, и все воспроизводимые этим ап­паратом люди куда-то исчезают. Специфика курортного романа именно такова. Прелесть его в том, что известно, когда он закончится. Все это знают и являются участниками любительского приятного спектакля. Художественная самодеятельность с очень желательным (всеми сторонами) сексуальным оттенком.

Спроси в этот момент героев сценки относительно ВИЧ инфек­ции. Какая будет реакция? Скорее всего, такой вопрос будет воспри­нят как нечто неприличное. Вопрос испортит настроение. Это будет воспринято как профессиональный маразм, когда узкий специалист ни о чем другом не может думать, как только о своей специальности. Я часто слышу такие слова - упреки. Идея фикс. Анна Сергеевна и Дмитрий Дмитриевич - приличные люди, и ВИЧ инфекция к ним не имеет никакого отношения. Играя в курортный роман, у них нет и мысли относительно его эпидемических последствий. Курортный секс и смерть от ВИЧ/СПИД есть явления бесконечно далекие друг от дру­га в массовом сознании. В реальности - это не вполне так. Тому есть

страшное подтверждение. Смотрите статистику России и Украины по ВИЧ/СПИД/ТБ, гепатитам и массе иных заболеваний. И се станет яс­но.

4.3.