Индивидуально-психологические особенности совладающего поведения

В. А. Бодров [20] констатирует, что психологическое изучение профессиональной деятельности взаимосвязано с проблемами психологии личности и субъекта труда. Особенности личности могут оказывать влияние на успешность, надежность, безопасность профессиональной деятельности, выступают детерминантами развития профессионала, проявляют индивидуальные различия, определяющие профессиональную пригодность специалистов, обусловливают работоспособность и удовлетворенность трудом, отражают процесс адаптации к профессиональной деятельности.

Структура человека как субъекта деятельности определяется набором индивидных свойств и свойств личности, которые соответствуют предмету и средствам осуществляемой деятельности. Высшая функциональная характеристика человека, которая проявляет себя на всех уровнях его структурной организации (индивид, личность, субъект деятельности) - это индивидуальность, на уровне которой возможны наивысшие достижения человека. По Б. Г. Ананьеву «Индивидуальность - это неповторимое сочетание в человеке его черт из всех трех названных выше подструктур психики. Человек как индивид, личность и субъект деятельности может быть отнесен к определенным классам, группам и типам. Но как индивидуальность он существует в единственном числе и неповторим в истории человечества» [5]. В. С. Мерлин [80], развивая концепцию интегральной индивидуальности подчеркивал, что

детерминация индивидуального является телеологической (много-многозначной), то есть зависящей от ценностей и идеалов, к которым стремится человек, а не каузальной.

Психологическая характеристика индивида по Б. Г. Ананьеву представлена двумя классами свойств [7]:

1) возрастно-половыми;

2) индивидно-типическими:

a) общесоматические или конституциональные свойствами (эндокринно­биохимические характеристики, общий тип метаболизма, морфологические структуры организма в целом);

b) нейродинамические свойства (особенности нервной системы - сила, уравновешенность, подвижность, динамичность, лабильность);

c) психодинамические свойства (темперамент, сенситивность и общие способности).

Психологическая характеристика личности определяется следующими параметрами:

1) динамические тенденции - потребности и мотивы, установки, ценностные ориентации и отношения личности, интегрированные в ее направленности;

2) возможности личности, реализуемые посредством задатков, способностей, одаренности, интеллекта;

3) характер и самосознание личности (Я-концепия, самооценка).

Опосредующим звеном между свойствами личности и психодинамическими свойствами по В. С. Мерлину [80] является индивидуальный стиль общения и объективные требования деятельности, формирующие соответствующие им социально типичные мотивы.

Человек как субъект деятельности характеризуется самостоятельностью в вопросах целеполагания, осознанностью совершаемых им поступков, ответственностью перед собой и обществом. Проблему субъектности и активности жизнедеятельности обозначал еще в начале ХХ века В. М. Бехтерев,

согласно представлениям которого, человек «есть активное, творческое существо, обладающее потенциалом к непрерывному развитию и самореализации, наделенное свободой выбора и несущее за этот выбор ответственность» [86, с. 119]. Субъект деятельности - активный, целостный, автономный, внутренне свободный человек, обладающий непротиворечивой мировоззренческой системой, развитыми навыками самопознания, самопонимания и рефлексии. В. А. Аверин [5] пишет, что системообразующее качество на уровне субъекта деятельности выполняет индивидуальный стиль деятельности.

В своей работе «Идеализм как физиологический фактор» А. И. Яроцкий [147] развивал мысль о том, что «этические (идеалистические) стороны личности обусловливают не только поведение человека и его жизненный путь, но также являются важными факторами, влияющими на особенности течения физиологических процессов в организме...». То есть здоровый индивид отличается ответственностью за себя и окружающих, а также активной жизненной позицией. По убеждению А. И. Яроцкого истинная причина заболеваний человека коренится в глубинных слоях духовной жизни.

В. А. Аверин [5], развивая мысль В. М. Бехтерева о гармонии частей как основе индивидуальности, определяет в качестве фундамента индивидуальности человека как системы - гармоничность отношения между уровнями индивида, личности и субъекта деятельности, выражая психологическое содержание индивидуальности через понятие цельности, которая становится основной для понимания психологического механизма успешности.

Совладание - это определенным образом организованная психическая деятельность, имеющая свои внешние и внутренние структурные основания, посредством которой субъект реализует свои жизненные отношения.

В. Н. Мясищев [83] следующим образом определяет личность: «Личность - высшее интегральное понятие. Личность характеризуется, прежде всего, как система отношений человека и окружающей действительности». Мясищев выделяет 3 кластера системы отношений: отношение к себе, отношение к миру,

отношение к другому. Основные движущие человеком силы - это любовь и интерес.

В. Ю. Слабинский [1 18], анализируя работы В. Н. Мясищева, приходит к выводу, что кластер отношения к себе можно описать в терминах самооценки. В этом кластере осуществляется соотнесение себя с образцом для подражания в той или иной реализуемой человеком роли, а также осуществляется «процесс формирования и изменения идентичностей, определяющий развитие или регресс жизненных смыслов, развития избирательности отношений или потери этой способности». В данном кластере происходит процесс идентификации человека с группой принадлежности сформированной людьми, имеющими общие идентичности.

Кластер отношения к миру отражает процесс и результат адаптации человека к требованиям внешней среды. По представлениям В. Ю. Слабинского [118] витальная психическая энергия «любви» и «интереса» расходуется человеком в четырех сферах жизнедеятельности (телесности, контактов/традиций, работы/деятельности и духовности) не равномерно, а согласуясь с направленностью личности. Динамически возникающая дисгармоничность отношений к миру является отражением направленности личности в определенный период времени.

Кластер отношения к другому отражает взаимоотношения между людьми осуществляются в рамках субъект-субъектной парадигмы. Маркером для оценки качества отношения в этом кластере является характер человека, который

развиваются в течение всей жизни. Черты характера являются механизмом адаптации человека к тем или иным явлениям и требованиям внешней среды, а также внутренним ресурсом или ограничивающим фактором для достижения поставленных целей [118].

А. А. Алдашева [6] указывает, что представление личности об окружающем мире, отношение к миру и элементам, процессам и связям, в том числе и к самому себе как элементу этого мира, формируют концептуальную модель, смысловое содержание которой либо ориентирует человека на привычные способы действий, либо на активность и творчество в достижении поставленной цели.

Г. Бэйтсон [12], выводивший свои постулаты из принципов математики А. Н. Уайтхеда и Б. Рассела, полагал, что в процессах обучения, изменения и общения существуют естественные иерархии классификации. Функция каждого уровня заключается в организации информации на предшествующем ему более низком уровне. При этом правила изменения чего-либо на одном уровне отличается от правил изменения на более низком уровне. Изменение чего-либо на более низком уровне может, но не обязательно будет оказывать влияние на более высокие уровни; изменение же чего-либо на более высоких уровнях неизбежно влияет на более низкие уровни, призванные содействовать изменению на более высоком уровне.

4. Поведение, 5. Окружение.

По нашему мнению, эти пять логических уровней можно рассматривать в контексте развития человека в любой из сфер жизнедеятельности, в том числе и в профессиональной.

Идентичность в профессиональной деятельности - это представление человека о самом себе, спектр ролей, которые специалист играет в профессиональной жизни. Согласно представлениям Е. Б. Фанталовой [137], профессиональная идентичность - это объективное и субъективное единство с профессиональной группой, делом, которое обуславливает преемственность профессиональных характеристик (норм, ролей и статусов) личности.

Идентичность - это базис для формирования ценностей и убеждений, которые являются каркасом системы принятия решений. Ценности - это то, что важно для человека. Ценности-цели мотивируют специалиста что-либо достигать в своей жизни. Ценности-средства обеспечивают достижение целей. Ценности могут изменяться с изменением жизненной ситуации. Убеждения поддерживают и укрепляют ценности. В силу такого свойства системы отношений по В. Н. Мясищеву, как избирательность, информация противоречащая убеждениям человека, зачастую отсеивается, а информация, подтверждающая их - накапливается. Ценности и убеждения влияют на список тех способностей (знаний, навыков и умений), которые являются необходимыми для достижения ценностей-целей (в контексте профессиональной деятельности речь идет о профессионально важных качествах, профессиональной деформации характера и компетенциях). Способности личности направляют ее поведение, то есть являются элементами, определяющими диапазон поступков и слов, используемых человеком, для достижения некоторых результатов в том окружении, в котором человек предпочитает действовать. Поведение - это то, что человек делает и говорит. Поведение - это то, чему можно научиться. Поведение влияет на качество взаимоотношений с окружающими людьми, на возможности использовать социальное окружение в качестве ресурса для достижения собственных целей.

Соответственно, в контексте профессиональной деятельности 5 логических уровней, реализующихся в профессиональной жизни личности можно представить следующим образом:

1. Профессиональная идентичность (как соотнесение себя с определенной профессией);

2. Ценности и убеждения, определяющие ценностно-мотивационную сферу личности (профессиональные цели и мотивы);

3. Индивидуально-психологические особенности, обеспечивающие достижение профессиональных целей (способности, профессионально важные качества, профиль профессиональной деформации характера и профессиональные компетенции) - копинг-ресурсы;

4. Копинг-поведение в профессиональной деятельности, обеспечивающее совладание с профессионально-трудными ситуациями и стрессами на работе;

5. Результат эффективности применяемых копинг-стратегий, проявляющийся, например, в показателях профессионального выгорания и профессиональной успешности, в выраженности внутриличностного конфликта, развивающегося в процессе профессиональной деятельности, а также в статусе профессиональной идентичности, как промежуточном результате процесса профессиональной идентификации.

Ценности и убеждения второго логического уровня влияют и на характер человека, как адаптационную матрицу, так и на копинг-поведение. В. Г. Асеев [11] подчеркивает, что без актуальных смыслообразующих стимулирующих жизнедеятельность потребностей человек не может полноценно существовать. Стремление к полному удовлетворению потребностей как идеалу существования не только вредно, но и невозможно в силу деятельностной направленности человека.

Профессиональная успешность или в противоположном случае профессиональное выгорание являются показателями эффективности или неэффективности применяемых специалистом копинг-стратегий. Так как согласно концепции логических уровней, профессиональное выгорание занимает низшую, пятую позицию, то на его развитие будут влиять не только близлежащий к нему, четвертый уровень (копинг-поведения), но и все остальные уровни, расположенные выше (идентичность, ценности, индивидуально-психологические особенности).

С позиции ресурсной концепции стрессоустойчивость обеспечивается благодаря активизации ресурсов человека, относящихся к разным уровням его психической регуляции.

Д. A. Леонтьев [67] разрабатывает концепцию личностного потенциала c позиций саморегуляции и самодетерминации человека. Личностный потенциал в данном контексте понимается как системная характеристика индивидуально­психологических особенностей личности (диспозиций, установок, ценностей и т. п.), которая лежит в основе способности сохранять стабильность деятельности и смысловых ориентаций в стрессогенных ситуациях, на фоне давлений и изменяющихся условий.

С. И. Сороко, А. А. Алдашева [120] отмечают, что психологическая сторона адаптации определяется, прежде всего, участием активационных свойств личности (внимание, эмоции, волевые характеристики, особенности мыслительных операций, мотивация, социальный статус, профессия) в целевой реакции и в обеспечении осознанности ответа.

Р. А. Абдурахманов [2] выделяет несколько уровней различных контекстов, влияющих на процесс совладающего поведения:

макросоциальный контекст - учет социально-психологической, военной, политической, экономической, правовой, экологической, криминогенной ситуации в стране и мире (традиции совладающего поведения народа);

мезосоциальный контекст - учет социально-психологической, военной, политической, экономической, правовой, экологической, криминогенной ситуации в конкретном регионе, городе, селе (традиции совладающего поведения жителей конкретного региона);

организационный контекст - учет стиля управления и особенностей корпоративной культуры в организации, ее имиджа, экономической эффективности деятельности, типа структуры, кадровой политики и т. д.;

микросоциальный контекст - учет факторов, определяющих жизнедеятельность коллектива определенного структурного подразделения организации (стиль руководства; половозрастной состав, образование и

профессиональная компетентность, национальность и индивидуально­психологические особенности членов коллектива; характер отношений между микрогруппами; соотношение между формальной и неформальной структурами коллектива и др.);

деятельностный контекст - учет определенных характеристик деятельности (уровень стрессогенности; степень удовлетворенности деятельностью; степень соответствия содержания деятельности представлениям об этом содержании самого сотрудника; степень соответствия профессиональной компетентности человека требованиям, которые предъявляются ему в процессе деятельности; соотношение его прав и обязанностей, режим деятельности и т. п.).

Полидетерминированность совладания привносит свои сложности в организацию процесса исследования совладающего поведения. Так как учесть весь спектр факторов, влияющих на совладание, представляется трудным в рамках одного исследования, то необходимо фокусироваться на некотором сегменте факторов, не исключая при анализе полученных данных возможное влияние оставшихся в стороне переменных.

По мнению Н. Е. Водопьяновой [28] к ресурсам совладания относится все, чем человек располагает до начала действия стрессора: физиологические, психологические, когнитивные качества, личностные особенности, социальные характеристики, навыки, сложившиеся в результате предыдущего опыта совладания со стрессом.

В. А. Толочек и соавт. [133, с. 71] акцентируют свое внимание на том, что более глубоким является не вопрос о том, что есть ресурсы, а вопрос о том, «как и при каких обстоятельствах эти, едва ли не все свойства человека, чаще выступающие сравнительно нейтральными условиями, могут обретать силу весомых детерминант, становиться решающими факторами психического развития другого человека, успешности его деятельности».

Согласно представлениям Д. А. Леонтьева [67], соотношение смыслообразующих мотивов с определенными способами осуществления деятельности определяет устойчивость личности.

Согласно нашим представлениям, на выбор типа и эффективность применяемых стратегий совладающего поведения влияют все три вышележащих логических уровня (по Дилтсу): профессиональная идентичность (первый уровень); ценности и убеждения, определяющие ценностно-мотивационную сферу личности, профессиональные цели и мотивы (второй уровень); темперамент, способности (знания, навыки и умения), ПВК, черты характера, которые являются необходимыми для достижения ценностей-целей (третий уровень). Зачастую все эти три уровня объединяют в единый комплекс индивидуально-психологических особенностей совладающего поведения.

Многие исследователи стресса признают, что самое существенное влияние на характер развития стресса, глубину и последствия его переживания, а так же на выбор определенных стратегий копинг-поведения оказывают индивидуальные особенности человека.

Например, по данным Е. И. Чехлатого [141], выраженному нейротизму соответствует эмоциональная нестабильность, импульсивность, неровность в контактах с людьми, изменчивость интересов, неуверенность в себе, выраженная чувствительность, впечатлительность, склонность к раздражительности. Такая личность характеризуется неадекватно сильными реакциями по отношению к вызывающим их стимулам, что создает трудности в сохранении организованного поведения, целенаправленности в обычных и стрессовых ситуациях.

По данным А. А. Бехтер [15] при возрастании уровня рефлексивности выше среднего снижается продуктивность и активность совладающего поведения, повышается вероятность развития рационализации и защитного фантазирования. Чем ниже уровень рефлексивности, тем больше вероятность стереотипных приспособительных стратегий действия.

По данным Е. А. Анненковой [9] студенты, с высоким уровнем жизнестойкости, отдают предпочтение конструктивным стратегиям совладания и использованию социальной поддержки, а студенты с низкими показателями жизнестойкости в трудных ситуациях погружаются в эмоциональные

переживания. Интерналы отдают предпочтение проблемно-ориентированным стратегиям совладания, а экстерналы - эмоциональным.

По данным О. С. Андреевой, Н. Г. Свистуновой [8], люди, дифференцирующие при описании стрессовой ситуации эмоциональный и когнитивный компоненты, статистически значимо чаще склонны использовать адаптивные копинг-стратегии. Люди, не дифференцирующие при описании стрессовой ситуации эмоциональный и когнитивный компоненты, статистически значимо чаще склонны использовать неадаптивные и относительно адаптивные копинг-стратегии.

И. Р. Абитов [3] в своем исследовании приходит к выводу, что лица, страдающие невротическими расстройствами, отличаются более высокой выраженностью механизмов психологической защиты, пассивных и неадаптивных копинг-стратегий; лица, страдающие психосоматическими расстройствами, занимают промежуточное положение по выраженности механизмов психологической защиты, пассивных копинг-стратегий и прогностических способностей между здоровыми испытуемыми и испытуемыми, страдающими невротическими расстройствами; здоровые лица отличаются более частым использованием активных и адаптивных копинг-стратегий и прогностических способностей при совладании со стрессом.

Согласно модели, разработанной Н. А. Сирота и В. М. Ялтонским [111], адаптивное копинг-поведение характеризуется сбалансированностью применения копинг-стратегий разрешения проблем и поиска социальной поддержки, .балансом когнитивного, эмоционального и поведенческого компонентов копинг- поведения; преобладанием мотивации на достижение успеха над мотивацией избегания неудачи; наличием личностно-средовых копинг-ресурсов для развития копинг-стратегий (позитивная Я-концепция, развитость восприятия социальной поддержки, интернальный локус контроля над средой и др.).

Д. В. Лукашенко [71] выделяет 6 закономерностей развития адаптивного потенциала личности: 1) сенситивность развития основ адаптивного потенциала; 2) многообразие — замещение адаптивных моделей и стратегий; 3)

последовательность; 4) приобретениее и потеря адаптивных моделей, характерных для определенных параметров среды; 5. вариативность, то есть не заданность конечного числа адаптивных моделей; 6. субъектность развития адаптивного потенциала.

Последние годы растет интерес исследователей к проактивному копинг- поведению, которое интегрирует планирование и превентивные стратегии с проактивной саморегуляцией достижения целей; связывает проактивное достижение целей с идентификацией и использованием социальных ресурсов; использует проактивное эмоциональное совладание для саморегуляции в процессе достижения целей [155].

Е. С. Старченкова [125, с. 54] рассматривает возможности осуществления проактивного совладания в зависимости от наличия или отсутствия ресурсов и приходит к выводу, что «резкое уменьшение ресурсов блокирует возможность включения проактивного поведения, поскольку в первую очередь возникает необходимость срочного восстановления утраченных ресурсов, а накопление ресурсов является начальной фазой реализации проактивного совладания». Лица, использвующие проактивное совладающее поведение удовлетворены настоящим, а будущее время видят как активное, оптимистичное, яркое, интересное. Они характеризуются осмысленностью жизни, наполненностью будущего конкретными целями. Проактивное совладающее поведение связано с эмоционально-волевыми качествами личности, с умением контролировать эмоции и проявлять настойчивость в достижении цели.

А. И. Ерзин [43] в качестве характеристик проактивной личности выделяет: антиципацию, личностную рефлексию, здоровую спонтанность, уверенность в себе, стабильность эмоционального состояния, постановку личностно значимых целей и управление их достижением, стратегическое планирование, активное воздействие на обстоятельства жизни, поддержаиие физического здоровья, стрессоустойчивость, прочность взглядов, убеждений и системы ценностей, принятие ответственности за свои поступки, ролевую флексебильность, зрелое

мышление, адекватную самооценку, саморазвитие и личностный рост, восприятие неудач как возможностей, продуктивный поиск жизненных смыслов.

На рисунке 2 представлена разработанная нами модель связи индивидуально-психологических особенностей профессионала, стресса, типа совладающего поведения и результатов профессионального развития.

Рисунок 2 - Модель связи индивидуально-психологических особенностей, стресса, типа совладающего поведения и результатов профессионального развития

Особенности профессиональной деятельности определяют специфику профессиональных стрессоров, с которыми приходится сталкиваться специалистам при осуществлении своих профессиональных обязанностей, а также перечень профессиональных компетенций, в том числе профессионально важных качеств, необходимых работнику для успешной трудовой деятельности. Профессиональные стрессоры и профессиональные компетенции отражают требования, предъявляемые внешней средой к профессионалу. Индивидуально- психологические особенности личности обеспечивают «возможности» личности

относительно ответной реакции на требования, которые предъявляет внешняя среда. Согласно трансактной концепции стресса, стресс возникает в ответ на несоответствие требований внешней среды и возможностей личности.

В зависимости от индивидуально-психологических особенностей стресс может восприниматься как угроза или как возможность для развития, что обуславливает выбор типа совладающего со стрессом поведения (реактивный, активный или проактивный). Реализация на протяжении длительного периода времени только реактивного типа совладающего поведения, ориентированного на преодоление тех ситуаций, которые уже произошли, может приводить к дисфункциональному профессиональному развитию, проявляющемуся, например, в развитии профессионального выгорания и незрелости профессиональной идентичности. Реализация проактивного типа совладающего поведения, ориентированного на стрессовые ситуации, которые могут иметь место в будущем, обеспечивает профессиональную успешность и зрелось профессиональной идентичности. Активный тип совладающего поведения является промежуточным между реактивным и проактивным, он ориентирован на стрессовые ситуации, время наступление которых можно определить как близлежащее к настоящему. Результаты профессионального развития, выражающиеся в показателях профессионального выгорания или профессиональной успешности, а также в показателях зрелости профессиональной идентичности, по механизму обратной связи влияют на самооценку работника, его характер, эмоциональную стабильность, иерархию ценностей и т. д. (увеличивая или уменьшая ресурсную базу личности), что оказывает влияние на совладание с последующими стрессогенными ситуациями.

На сегодняшний день остаются открытыми вопросы об индивидуально­психологических особенностях, влияющих на выбор реактивных или проактивных копинг-стратегий в контексте трудовой деятельности той или иной профессиональной группы. Дискутабельными являются вопросы об отрицательных и непреднамеренных эффектах проактивного копинга (например, перерасход ценных ресурсов в случае неправильной превентивной оценки

стрессора). Нерешенным является вопрос о том, для представителей каких профессий полезен навык проактивного совладания, а для каких он может быть избыточным. В то же время, учитывая уже установленные положительные эффекты проактивного поведения, с практической точки зрения важным аспектом исследования являются психологические тренинговые мишени, которые необходимо отрабатывать при обучении навыкам проактивного совладающего поведения.

Таким образом, механизмы совладающего поведения тесно связаны с индивидуально-психологическими особенностями личности, которые оказывают влияние на выбор типа и качество реализации совладающего поведения, а также во многом определяют адаптационный потенциал личности и ее успешность в профессиональной деятельности.

1.5