ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Несмотря на многочисленные исследования, проводимые по изучению нарушений моторно-эвакуаторной функции толстой кишки, запор остается одной из актуальных проблем в педиатрии. Это обусловлено ежегодно увеличивающейся частотой встречаемости данной патологии среди детского населения [73] и серьезностью последствий, которые влекут за собой запоры [35, 72, 97].

Проблема лечения и профилактики запора также не потеряла своей актуальности. Отсутствие единого мнения по тактике лечения, эффективности различных методов терапии и длительности дальнейшего наблюдения как острого, так и хронического запора у детей продолжает привлекать внимание педиатров и гастроэнтерологов всего мира. На сегодняшний день имеется большое количество публикаций, которые посвящены качеству жизни [30], особенностям питания [103, 122], медикаментозной терапии [43, 66, 78, 91, 135], различным физиотерапевтическим методам [9, 44, 64, 75] в лечении запора. Однако использование такого метода как иглорефлексотерапия при данной патологии лишь упоминается; нет анализа эффективности этого метода лечения и его применения на том или ином этапе с научной точки зрения. На сегодняшний день нет информации по тщательному анализу причин возникновения и дальнейшего подхода к тактике лечения и наблюдения за детьми с ОЗ, отсутствуют сведения об использования ИРТ при лечении ОЗ. До настоящего времени не был проведен сравнительный анализ анамнеза, особенностей течения заболевания и лабораторно­инструментальных исследований у детей с ОЗ и ХЗ. Более того, не проводилось катамнестического наблюдения за детьми, получавших те или иные методы лечения при ОЗ и ХЗ.

В связи с вышесказанным, целью нашей работы явилась оптимизация комплексного подхода в лечении острого и хронического запора у детей с использованием иглорефлексотерапии.

Для решения поставленной цели нами было обследовано 205 детей с синдромом запора, из них 66 детей с ОЗ и 139 детей с ХЗ. У всех наблюдаемых детей запоры не были обусловлены органическим поражением ЦНС, психическими заболеваниями, патологией эндокринной системы и не требовали хирургического лечения.

В нашем наблюдении среди детей как с ОЗ, так и с ХЗ превалировали пациенты в возрасте от 7 до 11 лет (45,5% и 66,2%), при этом ОЗ достоверно чаще диагностировался у детей в возрасте от 4 до 6 лет (р 0.01), в то время как ХЗ достоверно чаще - в возрастной группе от 12 лет и старше (р 0.01). Полученную закономерность можно объяснить психологическими особенностями детей школьного возраста, у которых из-за нежелания обращаться за медицинской помощью значительно чаще течение заболевания приобретает хронический характер. Анализ гендерных особенностей выявил, что как среди детей с ОЗ, так и с ХЗ превалировали мальчики, за исключением детей с ОЗ в возрастной группе старше 12 лет, в которой превалировали девочки.

При анализе анамнеза жизни у детей с синдромом запора было показано, что факторы риска в развитии ОЗ и ХЗ отличаются в зависимости от характера течения заболевания. В развитии ОЗ наиболее значимыми факторами риска служили: нарушения микробиоценоза кишечника (84,8%), причиной которых являлись инфекционные (25,8%), паразитарные заболевания (18,3%) и антибиотикотерапия (41,4%); реже - сопутствующий соматический анамнез (34,8%), погрешность в диете (32,4%), наследственный фактор (24,2%), отягощенный аллергологический анамнез (21,2%) и стрессовые ситуации (21,2%).

У детей с ХЗ наиболее значимыми факторами риска в развитии заболевания служат: грудное вскармливание менее 6 месяцев (79,1%), сопутствующая

соматическая патология ЖКТ (70,5%), несоблюдение режима питания (51,8%), отягощенный неврологический статус (51,8%), неблагоприятная обстановка в семье (48,2%), отягощенный акушерский анамнез (38,8%), реже - стресс (33,8%), отягощенный семейный анамнез по патологии толстой кишки (30,2%) и перенесенные кишечные инфекции (28,1%).

Таким образом, факторами риска в развитии ХЗ достоверно чаще, чем в развитии ОЗ служат: отягощенный акушерский анамнез (р 0.01),длительность вскармливания менее 6 месяцев (р 0.01), несоблюдение рационального режима питания (р 0.01), сопутствующая патология со стороны органов пищеварения (р 0.01) и неблагоприятная психо-эмоциональная обстановка в семье(р 0.01).

Учитывая полученные данные, детям с синдромом запора целесообразно проведение углубленного сбора анамнеза и при необходимости дополнительных методов обследования соматической патологии для своевременного и целенаправленного оказания медицинской и, если необходимо, психологической помощи для предупреждения хронизации заболевания у ребенка.

При анализе сроков обращения детей с ОЗ, обращало на себя внимание, что большая часть детей с ОЗ (51,5%) обратились за медицинской помощью в течение месяца (37,9%) или на 2-3 месяце заболевания (13,6%), в то время как в первую неделю заболевания обратились лишь 48% детей с ОЗ. В свою очередь, несвоевременное обращение за медицинской помощью может приводить к хроническому течению заболевания и различным осложнениям.

Сравнительный анализ основного симптома заболевания показал длительность интервалов между актами дефекации в зависимости от характера течения заболевания. У детей с ХЗ статистически чаще длительность интервалов между актами дефекации составляла 5 и более дней (44,6%) по сравнению с детьми с ОЗ (12,1%), у которых превалировала задержка стула до 2 дней (р 0.01). В свою очередь, длительные интервалы между дефекациями способствуют развитию такого грозного осложнения, как каломазание. Подтверждение выше

изложенного мы получили в нашей работе: у детей с ХЗ достоверно чаще имело место каломазание (54,7%), чем у детей с ОЗ (10,6%) (р-.0.01).

Учитывая тот факт, что у большинства детей с ОЗ (91,9%) манифестация запора была после перенесенной кишечной инфекции (25,8%), паразитарной инвазии (17,6%) или антибиотикотерапии (48,5%), у них достоверно чаще отмечались жалобы на боли в животе преимущественно в околопупочной и подвздошной областях (р 0.01) и наличие патологических примесей (слизь и кровь в стуле) (р 0.01), по сравнению с детьми с ХЗ.

Также при осмотре обращало на себя внимание, что более чем у половины детей с ХЗ (51,7%) имели место симптомы хронической каловой интоксикации, в отличие от детей с ОЗ, у которых данные симптомы отсутствовали (р.0.01).

Сравнительный анализ лабораторных исследований не выявил каких-либо статистических различий в исследуемых группах в зависимости от длительности течения заболевания. Однако у детей с ОЗ чаще (84, 8%), чем у детей с ХЗ (46%) выявлялось нарушение микробиоценоза кишечника за счет снижения лактобацилл и повышенного уровня гемолизирующей E.coliи дрожжевых грибов и грибов рода Candida.Полученные результаты обследования подтверждают данные анамнеза, которые свидетельствуют, что у 91,9% детей с ОЗ манифестация запора

была после перенесенной кишечной инфекции (25,8%), паразитарной инвазии (17,6%) или антибиотикотерапии (48,5%).

При проведении ультразвукового исследования органов брюшной полости у детей с ОЗ и ХЗ с одинаковой частотой выявлялись ультразвуковые изменения в виде поражения поджелудочной железы (81,8% и 85,6%, соответственно) и патологии желчевыводящих путей (34,8% и 40,3%, соответственно). Однако увеличение размеров печени достоверно чаще выявлялось у детей с ОЗ р001).

Следует отметить, что у 38,1% детей с ХЗ, поступивших в стационар повторно в связи с малой эффективностью предыдущего лечения, на консультации у психолога были выявлены психологические особенности, которые требовали коррекции.

Учитывая, что у 1/3 детей с ХЗ, заболевание манифестирует с острой задержки стула [67], мы изучили эффективность лечения острого запора в зависимости от тактики наблюдения и лечения в условиях амбулаторно­поликлинического звена. Все дети с ОЗ были разделены на 3 группы:

I группа - 22 ребенка, находившихся под постоянным наблюдением педиатра от момента обращения в течение 1 года и получавших базисное лечение.

II группа - 21 ребенок, которые также находились под постоянным наблюдением педиатра и помимо базисного лечения получили курс рефлексотерапии в момент первичного обращения, а затем спустя 3 - 4 недели и спустя 6 месяцев.

III группа - 23 ребенка с различными сроками обращения к педиатру по поводу острого запора, которые после первого курса базисной терапии не находились под наблюдением врача.

Дети I и II группы, находившиеся под постоянным наблюдением педиатра в течение года и получавшие базисное лечение или базисное лечение в комплексе с иглорефлексотерапией имели достоверно более высокий эффект от лечения через

1, 3 и 12 месяцев (р