ВЫВОДЫ

1. В современных социально-экономических условиях эпизоотологический мониторинг Волго-Уральского и Прикаспийского песчаных очагов чумы целесообразно проводить с соблюдении разработанного нами регламента и в соответствии с эпизоотолого- эпидемиологическим дифференцированием.

2. На основе ландшафтной структуры Волго-Уральских песков и по данным многократного зоологического картографирования выявлены и типизированы ядра популяций полуденных и гребенщиковых песчанок, располагающиеся в урочищах со сплошными зарослями пустынных кустарников. В существующем здесь природном очаге чумы дислоцировано не менее 5 эпизоотических ядер, где можно предполагать стойкое сохранение возбудителя. Установлено значительное совпадение территорий с более частыми эпизоотическими проявлениями и урочищ, где доминируют кустарниковые фации.

3. Новый картометрический метод круговой экстраполяции и метод наложения карт, выполненных этим способом, позволяют детально вычленять участки стойкой энзоотии для дальнейшего их изучения. C использованием указанных методов на территории Прикаспийского песчаного очага чумы определена дислокация эпизоотического ядра, характеризующегося повышенной устойчивостью эпизоотий в поселениях основных носителей и переносчиков возбудителя.

4. Учет численности полуденных и гребенщиковых песчанок маршрутно-визуальным способом на трансектах является наиболее объективным способом. Установлено также, что индексы обилия блох в шерсти грызунов, активных в ночное время, существенно выше показателей, получаемых при отлове животных стандартными методами.

5. Эпидемические проявления чумы на плато Тайнгуен приурочены к поселкам, где преобладают ветхие деревянные дома с земляными полами. В таких постройках выше численность синантропных крыс и блох Xenopsylla cheopis — единственного переносчика возбудителя в населенных пунктах Вьетнама.

6. Теоретически обоснован четвертый элемент эпизоотического процесса при чуме путем трансмиссии, введенный в состав коэффициента трансмиссивности и представляющий собой среднее число зверьков, подвергающихся нападению одной блокированной блохи. Это число зависит от количества совершаемых блохой нападений и от вероятности смены прокормителя при каждом нападении.

7. Среднее число блох, питающихся на одном больном чумой грызуне, зависит от средней продолжительности бактериемии у носителя, средней продолжительности однократного паразитирования блохи, индекса обилия блох в шерсти зверьков и всегда превышает последний.

8. В процессе ежесуточных перемещений полуденных и гребенщиковых песчанок, форезии блох и происходящей при этом смене хозяев непрерывно формируется обширная контактная сеть, способная обеспечить неограниченное распространение (циркуляцию) эктопаразитов (в том числе зараженных чумой) в поселениях зверьков. Показано, что дистанции переноса блох вдвое превышают расстояния перемещений прокормителей за одно и то же время. Количественные значения показателей подвижности и контактов носителей и переносчиков в природном очаге чумы Волго-Уральского междуречья и синантропическом очаге плато Тайнгуен совпадают.

344