Пути заражения и циркуляция патогенной микрофлоры в воде морей и океанов.

Проблема санитарной охраны территорий от заноса, завоза и распространения инфекционных заболеваний, в том числе возбудителей карантинных инфекций вод­ным путем имеют одно из первостепенных значений.

До недавнего времени роль морской воды в распространении инфекционных заболеваний ограничивалась лишь ролью одного из промежуточных звеньев в ин­фицировании людей в воде - съедобных гидробионтов (устрицы, креветки, мидии и др.). В последние десятилетия взгляды на роль морской воды в циркуляции различ­ных патогенных бактерий существенным образом изменились, чему в немалой сте­пени способствовали наблюдения, сделанные в период VII пандемии холеры. Фак­тическая роль морской воды в распространении инфекционных заболеваний в на­стоящее время увеличилась.

Этому способствовали следующие обстоятельства: увеличение численности населения, проживающего в приморских районах, постройка систем отвода сточных вод без очистки и обеззараживания, /самоочищающая способность моря считалась безграничой /, что привело к резко усиливающемуся загрязнению прибрежных вод в районе населенных мест. Загрязнению морских (океанических) вод способствовало и развитие морского транспорта.

На примере черноморского побережья в РФ и Болгарии можно видеть, как за последние 2-3 десятилетия возникло множество новых мест отдыха на море, а посе­щаемость старых курортных районов возросла. Большие массы населения континен­тальных районов страны ежегодно проводят отдых на побережье. (Т.Т. Сокол, С.М. Иванов, 1996). Аналогичная картина наблюдается во всех странах. Эпидемиологи­ческие наблюдения последних десятилетий показали, что купание (и особенно, ви­димо, ныряние) в инфицированных возбудителями кишечных инфекций морской воде может привести к заражению кишечными антропонозными инфекциями. (^Yones, 1977; Г.И.Корчак с соавт. 1985).

Исследованиями этих авторов установлено, что при купании заглатывается в среднем 10 мл воды.

Д.Н.Лоранский, Б.М.Раскин, Н.Н.Алфимов (1975) сравнивают заболеваемость кишечными инфекциями (дизентерия, колиэнтериты, тифопаратифозные инфекции) в двух приморских городах, отличавшихся между собой только по степени загряз­ненности морской воды на пляжах. В зимний период заболеваемость была примерно одинаковой, но в летний - при более высокой концентрации прибрежного участка моря, заболеваемость в городе была в 15 раза выше; возросло значение косвенного влияния морской воды, как фактора заражения гидробионтов, которые теперь ис­пользуются в рационе не только приморских, но и континентальных регионов.

Приведенные соображения делают целесообразным рассмотрение пути зараже­ния морской воды патогенной микрофлорой и изучение характеристики этой мик­рофлоры, но аналогии с тем, как это было сделано в отношении открытых пресно­водных водоемов.

Пути инфицирования морской воды и некоторые вопросы механизма загряз­нения их патогенной микрофлорой мало отличаются от аналогичных факторов дей­ствующих в отношении рек и озер.

Важное значение имеет спуск в море необработанных (или недостаточно обез­зараженных) сточных вод населенных пунктов, животноводческих хозяйств, про­мышленных предприятий, перерабатывающих биологическое сырье. Распростране­ние попавших в морскую воду стоков имеет свои особенности, обусловленные тем, что удельный вес сточных вод ниже удельного веса морской воды, содержащей раз­личные соли. Если стоки сливаются непосредственно с берега, то они занимают по­верхностный слой и очень медленно разводятся основной массой морской воды. Кроме того, они локализуются непосредственно у берега, т.е. в месте, наиболее ин­тенсивно используемом человеком.

Другое положение создается, если сточные воды отводятся при помощи труб на определенное расстояние от берега, где и выпускаются в поверхностные слои мо­ря. Сточная вода в море устремляется вверх, где приблизительно в 15 раз, разводит­ся морской водой.

Смешение, происходящее на поверхности моря, - вторая фаза смешения, и глубинные воды в ней не участвуют. Так, при выпуске сточных вод Ялты на рас­стоянии 204 м от берега, на глубине 105 м. от поверхности моря, образовалось жел­то-бурого цвета пятно диаметром 60-80 м (Б.М.Раскин, 1959). Это «пятно» передви­галось по поверхности моря под влиянием существующих в данном месте течений и ветра. По Д.Н.Лоранскому с соавт. (1971) при распространении таких «пятен» по те­чению образуется полоса загрязнения длинною в 8-10 км ряд авторов (К.Б.Хайт, 1960; Б.М.Раскин, 1959; Г.А.Цатурова с соавт. 1969) - дают значительно меньшие показатели зоны загрязнения от 1500 до 300 метров.

Динамика движения поверхностных загрязнений морской воды весьма сложна, поскольку находится под воздействием целого ряда факторов.Так, по данным

В.А.Яковенко (1954) нагонные ветры ухудшают санитарное состояние морских вод у берегов, сгонные ветры - улучшают. В мелководных водоемах течение определя­ется направлениями ветров, в глубоководных водоемах - движется не по на­правлению ветра, а под углом 45 к нему, что объясняется влиянием вращения земли вокруг оси. Имеют значения очертания берегов. В бухтах загрязнения сохраняются долго и плохо выносятся в открытое море. Поверхностные течения обычно имеют непостоянный характер и зависят от направления ветров (Б.М.Раскин, 1959). О зави­симости распространения загрязнений от направления ветров в районе г.Ейска и в Таганрогской бухте пишут В.А.Прокопенко с соавт. (1971), Г.А.Цатурова с соавт. (1969). Аналогичные наблюдения сделаны Kabmpelmacher et al .(1973) у побережья Нидерландов.

С.С.Аглицкий и К.Б.Хант (1952) определили, что степень разбавления сточных вод морской водой может быть представлена по формуле Е.А.Потеряева: Х=(В- С)/(А-В), где Х - степень разбавления стоков морской водой; А - содержание хлора в морской воде в чистом районе; В - содержание хлора в морской воде при раз­бавлении ее сточными водами; С - содержание хлора в сточной воде.

Ю.К.Чернус (1964) основное значение в динамике движения «пятен» сточных вод в море придает не ветрам, а течению. Наблюдения были проведены в районе г. Сочи, где стоки выпускаются на расстоянии 800 м от берега на глубине 8 метров. В месте выпуска БИК-5 составлял 50 мг/л 02, коли-индекс 110 000. На поверхности моря над местом выпуска образовалось «пятно» диаметром 600-800 м, БПК5 до 8 мг/л 02, коли-индекс - 4 000 000. В настоящее время эти показатели, вероятно, уве­личились в несколько десятков раз, в связи с ростом населения г.Сочи (Т.Г.Сокол, С.М. Иванов, 1996).

Наблюдения К.Б.Хаит (1960) за распространением загрязнений, попадающими со сточными водами в районе Одессы установили, что в месте выпуска стоков отме­чено очень сильное загрязнение воды: окисляемость - 276 мг/л 02, коли-титр -3х10 , микробное число - 172 000 000. При благоприятных условиях (сгонные ветры, вол­нение) уже на расстоянии 200 метров от места выпуска стоков загрязненность воды резко снижалась, а на расстоянии 500 м оставались лишь следы. При неблагоприят­ных условиях (нагонные ветры, приливы, штиль) сточные воды долго остаются у берега, распространяются вдоль него иногда на расстоянии до 1 000 м. Особенно стойко сохраняется загрязнение с бухт и акватории портов, где молы и другие со­оружения препятствуют обмену воды с открытым морем.

Это подтверждают и данные В.А.Колоденко с соавт. (1982), которыми показа­но, что вследствие интенсивных процессов перемешивания у причальной линии при нагонных явлениях содержание микроорганизмов в глубоких слоях может быть не­сколько выше, чем на поверхности.

Выпуски сточных вод, не подвергшихся очистке или недостаточно очищенных основной, но не единственный фактор заражения морской воды аллохтонной пато­генной микрофлорой.

Фактором загрязнения могут реки, если они подвергаются выше по течению контаминации. По данным Ю.К.Чернус (1964) из р. Сочи произошло инфицирова­ние морской воды на расстоянии 3-5 км от места ее впадения в море, в районе устья реки коли-индекс составлял 2 000 000.

Прибрежные морские воды могут загрязняться дождевыми и талыми водами, стекающими после выпадения осадков или таяния снега. Так, по данным Б.М.Раскина (1959) в сухую погоду коли-титр морской воды у Ялтинских пляжей колебался от 0.05 до 0.08, микробное число по прямому счету - 310 000. После дож­дей коли-титр снижался до 0.06-0.001, микробное число возрастало до 980 000.

Следующим фактором загрязнения моря, с которым приходиться считаться, причем значение его по указанной выше причине возрастает, является купание лю­дей. (Т.Г.Сокол, С.М. Иванов, 1996). Авторы показали, что в г. Сочи в пик сезона наличное население составляет 2362621 человек. В последние годы в связи с мигра­цией населения из стран Закавказья в г. Сочи насчитывается до 20000 вынужденных переселенцев, что также повышает контаминацию морской воды. В этом отношении показательные результаты были получены С.З.Хаит и Г.И.Шпильберг (1956). При сравнении общего микробного числа и коли-титров 4-х пляжей Одессы они устано­вили, что чем более посещаем пляж, тем ниже санитарные показатели воды, утром эти показатели оказались выше. Авторы установили высокую загрязненность песка пляжей (в 1 г песка содержалось до 7 000 000 микробов, при коли-титре 0.01-02).

Г.И.Корчак с соавт. (1983) показали, что загрязненность мест купания зависит от числа купающихся, характера пляжа (песчаный, галечный), времени дня; мак­симальная загрязненность приходилась на 12-14 часов. А.Е.Карапетян с соавт., (1959).

5. Существенным показателем заражения воды гаваней являются суда, в том случае, если они спускают стоки на территории акватории порта. (Д.Н.Лоринского с соавт., 1974).

Важное значение, с эпидемиологической точки зрения, имеет зараженность па­тогенной микрофлорой прибрежных вод, наиболее широко используемых населени­ем. Следует различать 4 функциональные части прибрежных вод: 1) зона купания детей, 2) зона купания взрослых, 3) участок моря, где забирается вода для ванн и плавательных бассейнов, 4) полоса, используемая для спортивно-оздоровительных целей.

Подобно микрофлоре пресноводных водоемов микронаселение моря делят на автохтонное и аллохтонное. Патогенные микроорганизмы, за исключением параге- молитических и некоторых других вибрионов, относятся к последней. Для авто­хтонной микрофлоры морей характерна галофильность, которая в значительной сте­пени зависит от широты местности. По данным Л.В .Григорьевой (1975) в Южном океане от Антарктиды до 50° южной широты содержание сапрофитов нулевое. Бли­же к экватору сапрофиты появляются, и максимум их доходит до 400 клеток в 50 мл воды, а по Е.А.Крисс с соавт. (1970) в районе экватора в этом объеме могут быть и тысячи особей. В холодных водах встречаются пигментные бактерии. Наиболее бо­гат микрофлорой слой воды от 5 до 10 см от поверхности, в более верхних слоях оказывают действие ультрафиолетовые лучи. Ниже 10 см количество микрофлоры

уменьшается; в океане сапрофитов находили на глубине 100 метров. Микроорга­низмы могут находиться и в донных отложениях.

В качестве критериев зараженности морской воды используются общепринятые микробиологические показатели; концентрация кишечной палочки, общее микроб­ное число, реже концентрация энтерококков и Сї/perfringens. Эти показатели зависят от близости места выпуска стоков к месту забора проб, от степени использования района, где отбирались пробы для купания и от ряда других факторов.

Так, на пляжах вблизи Ленинграда коли-титр около берега колебался от 0.004 до 43; в 100 м от берега от 0.4 до 111; в 500 м от берега тоже от 0.4 до 111. (А.И.Олехнович, 1959). Сходная динамика отмечена показателя микробного числа. Почти аналогичные данные получены К.Б.Хаит (1960) в районе пляжей г. Одессы, где БПК5 составила от 11 до 14.6 мг/л 02, коли-титр от 0.007 до 1.7. О.Г.Миронов (1961) сообщает, что в воде у городских пляжей Феодосии коли-титр колебался в меньших пределах от 0.03 до 032, микробное число - 3. Воды залива около г. Пярну имели коли-титр от 0.4 до 0.04, микробное число от 200 до 1100 (Велдре И.А. с со­авт. 1965) А.М.Войтенко (1966) характеристику санитарных показателей воды Одес­ского порта оценивают в зависимости от расстояния места забора проб от выпуска стоков. Непосредственно у выпуска: коли-титр - 0.000 000 1, микробное число - 1 300 000; на расстоянии 250 м от выпуска стоков: коли-титр - 0.01, микробное число 256; на расстоянии 800 м от выпуска стоков: коли-титр - 01,микробное число - 74. Из данных различных исследователей видно, что показатели варьируют значитель­но. Так, непосредственно у выпуска стоков коли-титр составил 0.000 000 1, микроб­ное число 2 300 000; на расстоянии 250 м - коли-титр - 0.0003, микробное число - 640; на расстоянии 500 м коли-титр - 0.02, микробное число - 40. (А.М.Войтенко, 1969).

По данным Ywato (1965) у берегов Японии, где 20% городских нечистот сбра­сывается в море, в воде заливов число бактерий группы кишечной палочки колеба­лось от 1100 до 350 000 в 100 мл; в прибрежной воде в открытом океане оно было менее 1000 в 100 мл.

В акватории порта Генуя /Италия/, поблизости от устья канализационных кол­лекторов в 1 мл воды количество кишечных палочек было значительно больше и до­ходило до 1080, энтерококков - до 20, общее микробное число - до 900 000. У выхо­да из акватории порта вода оказалась значительно чище /Viggiani et al., 1967/.

По Zafonaine et al., (1972) при изучении воды в районе бельгийского побережья, микробная зараженность колебалась в широких пределах в зависимости от места за­бора проб: в 100 мл воды находили от тысячи до десятков тысяч микробов кишеч­ной группы, от десятков до десятков тысяч Е.соїі от 10 до 3000 фекальных стрепто­кокков. Другие результаты были получены в соседних Нидерландах, где количество Е.соїі не превышало 100 на 100 мл (1 в 1 мл.) воды.

Из патогенных бактериальных форм чаще обнаруживаются в морской воде сальмонеллы (Steiniger, 1956). Steiniger,/1956/ выделил в прибрежных водах Барсе­лоны сальмонеллы сероваров bureilly, typhimurium, java в концентрации от 3 до 15 в 1 мл. В.J.Hug (1959) сообщается, что комитет службы санитарных лабораторий при исследовании 1389 проб воды, отобранных на побережье Англии и Уэльса, выделил 569 штаммов сальмонелл, 33 сероваров, причем 254 идентифицированы как

S^ratyphi В, 80 - S.tурhimurium. В Великобритании МсСоу (1963) обнаружил сальмонеллы в 240 из 392 проб воды (361 штамм, 104 сероваров). В 77,3% положи­тельных пробах концентрация сальмонелл не превышала 10 в 1 мл. В этом месте спускались стоки промышленных предприятий, перерабатывающие биологическое сырье. В месте, куда попадали не полностью обработанные стоки одного небольшо­го города, МсСоу из 901 пробы в 238 (25.4%) выделил штаммы сальмонелл. По мере удаления от места сброса сточных вод процент проб, в которых обнаруживались сальмонеллы - уменьшался. Вisbini (1967) в Италии (провинция Эмилия) при иссле­довании 137 проб воды в 7 обнаружили сальмонеллы, причем в некоторых случаях микробы находились в 400 м от берега. В открытом море сальмонеллы не обнару­живались.

Обширные работы по исследованию морской воды на сальмонеллы были про­ведены Kristensen, (1970) в Дании. Так Grunnet et al. (1970) из воды залива, куда по­ступали стоки города со стотысячным населением, изолировали 15 000 штаммов сальмонелл 25 разных сероваров. Чаще обнаруживались S.senftenberg, S.typhimurium, S.paratyphi В. Установлено, соответствие между концентрацией са­нитарно-показательной микрофлоры и наличием сальмонелл. У берегов США саль­монеллы были обнаружены Stanet Z. et al. (1964), у берегов Австралии CS.WXuch et аІ. (1989) в 30% проб штормовой воды. В СНГ, в прибрежных водах Балтийского моря В.В.Вдовец и Г. Л .Калина (1977) выделяли сальмонеллы двух сероваров: S.typhimurium (96,3%) выделенных культур и S.give (3,7%). В.И.Немыря (1979), М.Д.Богатырева (1979) при исследовании 114 проб морской воды в районе курорта выделил сальмонелл в 40 пробах - (266 штаммов 9 различных сероваров). Сальмо­неллы чаще находили вблизи места спуска стоков, на расстоянии не далее 3-5 км. Возбудитель паратифа В обнаруживали в морской воде так же Т.В.Проминская (1959), К.Б.Хаит (1960) и др.

Л.В.Алтонов(1980), В.И.Бондаренко, Г.Г.Попович (1982) указывают на воз­можность длительного сохранения сальмонелл, а Г.В.Карчава (1985), допускает возможность размножения их в морской воде.

Санитарно-показательные бактерии (кишечная палочка, энтерококки) отражают возможность циркуляцию сальмонелл; при индексе кишечной палочки не более 1000 и энтерококка не более 3000, сальмонеллы отсутствуют; при индексе энтеро­кокка до 30 000, сальмонеллы определялись в 43,5% пробах, при - 30000-300000 - в 10% пробах (Карчава Г.В, 1983-1985; Корчак Г.И. с соавт, 1985).

Ю.Г.Талаева с соавт. (1982) изучали влияние загрязнения морской воды нефте­продуктами и поверхностно-активными веществами. Оказалось что загрязнения, особенно нефтепродуктами, стимулировали размножение сальмонелл, способство­вали повышению их резистентности.

Обнаружения шигелл, возбудителей брюшного тифа, микобактерий туберкуле­за в воде редки /А.Е.Карапетян с соавт. (1959), В.И.Немыря, Б.М.Раскин (1978), Ро- маскевич-Дондуа Е.М(1984)/.

В морской воде находили также бактерии Наїтя, Аeгоbacter сіопспє, Ргоієиб, Mebsiella, причем иногда далеко от берегов (Д.Н.Лоранский с соавт, 1975).

Большой интерес представляет заражение морской воды патогенными вибрио­нами, что имеет в период 7 пандемии холеры определенное эпидемиологическое

значение. Обнаружение холерных вибрионов в морской воде отмечено еще Niati и Rietsch, (1885); Gobschlich, (1903), а также П.Н.Бургасовым, (1971).

Помимо холерных вибрионов в морской воде находили значительное число не агглютинирующих /НАГ/вибрионов во всех морях РФ, странах СНГ и других госу­дарств. Так, в Черном море у берегов Крыма из 13636 проб воды выделено 2140 штаммов НАГ-вибрионов. Высеваемость летом оказалась в 10-100 раз выше, чем зимой, чаще вибрионы циркулировали вблизи населенных пунктов /Шикулов В. А. и соавт, 1981/. О выделении Vibrio vulnificus /оксидоазоположительные/ из Черного моря сообщают CGufecu еt аі. (1985), из Тихого океана Кауusnеz et аі. (1985).

В последнее десятилетие появились сообщения о циркуляции в морской воде ряда галофильных вибрионов: V.рагаhaemmolyticus, /Yаmасi еt аі., 1959; Мiyаmotо еt аі., 1969, Sakazaki еt аі., 1963; Аок'Ік еt аі., 1967; Либинзон А.Е. с соавт, 1980; Гри­горьев Ю.И. с соавт, 1980, Fгаnса 8.М.С. еt аі., 1980; Lагsеn G.L. еt аі., 1981, /V.alginolyticus/ Schmid Т.и. еt аі., 1979; Либинзон А.Е. с соавт, 1980, Мотеюнас Л.И, 1985/, Круглов В.Д. (1990). Галофильные вибрионы выделяются также в теплое вре­мя года в самых различных акваториях морей и океанов. М.Т.КеїІу еt аі., (1980) ука­зывает, что лактозоположительный вибрион, являющийся обычным обитателем морской воды, может вызвать у человека пневмонию и септицемию.

К микроорганизмам, которые часто обнаруживаются в воде и морском иле, от­носятся клостридии, в частности G.botulinum, Cl.perfringes, Cl.sporogenes и др. Об этом сообщают ^hannsen (1963), Сагоіі et al. (1966). Wагd et al. (1965, 1967). Prevot,1952, Cnehcsw et al.,1970. Об обнаружении микроорганизмов в некоторых районах Балтики указывает эксперты в W-EG.-Rull. Qiron. (1969,1979,1985).

Среди патогенных микроорганизмов, об обнаружении которых в морской воде имеются лишь единичные сообщения, можно упомянуть лептоспир prison, 1968), микобактерии туберкулеза (Раоїегі с соавт., 1965, Е.М.Ромаскевич-Дондуа, 1959).

Д.Н.Лоранский, Б.М.Раскин, Н.Н. Алфимов (1975) сообщают о выделении из мор­ской воды возбудителя мелиоидоза, анаэробов Sphaerophoraccae, Flavobacterium, Сhromobacterium и ряда других.

Некоторые исследователи выделяли из морской воды бактериофаги к возбуди­телямряда кишечных инфекций. Так К.Б.Хаит (1960) обнаружил в морской воде в районе Одессы коли-фаги (в 68% проб), брюшнотифозный фаг (в 32% проб), пара­тифозный В фаг (в 16% проб), дизентерийные фаги (в 6% проб). Бактериофаги в морской воде находили также Р.В.Чеботарева и М.И.Соколова, 1947; А.Е.Крисс и Е.А.Рукина, 1979. Ф.И.Кочиш с соавт. (1967) выделили дизентерийные и брюшно­тифозные фаги в 72-100% проб воды Рижского залива. Об обнаружении бактерио­фагов в морской воде сообщают также Л.В.Грирорьева, В.И.Бондарснко, Г.И. Кор- чак (1973). Из иностранных авторов о наличии фагов в морской воде пишут Вuttiaux (1962), Ко11, Gloyna (1965).Имеются сообщения о присутствии в морской воде ряда вирусных агентов (Khotko N.,1990). Так, эктовирусы находили Robinson (1958), Моosleу (1959), Кеііу, Sanderson (1961), Brown (1964) и др. По Shuval (1970) экови­русы обнаруживались на большем расстоянии, чем микробы, (15 км от места выпус­ка сточных вод в море). У побережья Техасского залива энтеровирусы были выявле­ны в 35-43% проб (Yerba C.P. еt аі, 1979). В большом количестве (55% проб) вирусы выделялись на побережье Средиземного моря у Барселоны (Finance С., 1982). Ис­

следования, проведенные в этом районе через 3 года, показали меньшую заражен­ность воды (8-17%), полиовирусы составили основную массу (86%) выявленных шгаммов /I Ainena F, 1985/.

?\kin и Hill /цит. по Бондаренко В.И., Попович Г.Г, 1982/ считают, что морская вода обладает ингибирующим действием в отношении вируса полиомиелита. Виру­сонейтрализующая способность воды оказалась пропорциональна ее солености. При исследовании 126 проб морской воды d СССР энтеровирусы были обнаружены Л.В .Григорьевой с соавт. (1973). Помимо энтеровирусов регистрировались аденови­русы -Fiela, Меtсаlе - цит. по Бондаренко В.И., Попович В.Г, (1982); КієіCS. Wetal (1989).

Общепризнанных критериев по оценке качества морской воды не существует. По данным Fair et al. (1958) морская вода должна быть признана пригодной для раз­ведениясъедобных моллюсков, если в 100 мл воды содержится не более 700 коли- бактерий. Для купания вода считается пригодной, если в 100 мл воды содержится менее 50 кишечных палочек. При содержании их от 52 до 500 - сомнительной, при более высокой концентрации - неудовлетворительной. Эти материалы относятся к работам, проведенным в США. Совсем другие критерии представлены в Японии - Jwato, (1965) .На пляжах число бактерий группы кишечной палочки не должно пре­вышать 10 000 в 100 мл (т.е. 100 в 1 мл), при наличии 10-50 тысяч бактерий этой группы воду следует считать сомнительной, при большем содержании - неудовле­творительной, т.е. не пригодной для купания.

По данным Carter et al (1967) в разных штатах США критерии допустимого ко­личества бактерий группы кишечной палочки на пляжах различаются от 50 до 2400 на 100 мл воды.

На основании анализа различных источников Л.В .Григорьева (1975) предлагает достаточно убедительно критерии оценки качества морской воды. Эти критерии предтавлены в таблице 5.

Таким образом, наличие кишечной палочки в пробах морской и океанической воды является показателем ее загрязненности.

Критерии оценки качества морской воды.

Таблица 5

Патогенная микрофлора моря включает также грибы и гельминты. Д.Н.Лоранский с соавт. (1975) указывают, что вблизи берегов часто встречаются низшие грибы Saccboromyces, ТопіІа, Саndida, Frichosporon и др. из патогенных

дрожжевых грибов чаще других обнаруживаются Сартэйн, Ctropicalis, Cparepsitosis, F^utaneum prison, 1968).

В морской воде находили яйца различных гельминтов-аскарид, власоглава, ши­рокого лентеца, остриц, карликового цепня, кошачий двуустки, цепней вооружен­ногои невооруженного (Н.В.Красовская, Н.А.Шагурина, 1934; К.Б.Хаит, 1960, О.Г.Миронов, 1961; И.А.Велдре с соавт. 1965 и др.). Концентрация яиц гельминтов в морской воде, как правило, невелика. Например, по данным К.Б.Хаит в 10 л воды обнаруживалось 7-10 яиц гельминтов.

Приведенные выше данные показывают, что в морской воде, как правило, у берегов, поблизости от места выпуска стоков, могут быть обнаружены разнообраз­ные патогенные микроорганизмы. Очевидно, морская вода является экологически благоприятной средой для циркуляции различных микроорганизмов, в том числе сапрофитных и патогенных, бактериофагов и вирусов, гельминтов, грибов. Наибо­лее опасным в эпидемиологическом отношении являются места сброса сточных вод и береговая линия морей и океанов. Здесь возбудители различных кишечных инфек­ций сохраняются и, вероятно, находят благоприятные условия для размножения.