Параграф первый. * Рассуждение -о горячем фаранитусе, то есть о горячем tap саме

Фаранитусом называют горячую опухоль.. в тонкой или в толстой оболочке мозга, но не в его веществе,-хотя и в веществе мозга иногда возникает опухоль. [Дело обстоит] не -так, как утверждают некоторые люди, притязающие на звание врача, которые, доказывают, что мозг2 не опухает, ибо то, что мягко, как мозг, или твердо, как кости, не растягивается и [потому] не опухает.- Такое рассуждение ошибочно, так как то, что мягко и клейко,; [все же] растягивается, и кости тоже опухают; это признает и Гален, и мы разъясним это подробно в параграфах о зубах, Мы, наоборот, утверждаем, что все то, что питается, [может] растягиваться и увеличиваться вследствие питания; возможно также растяжение и увеличение от [наличия] какого-либо излишка, а это и есть опухоль.

Однако, если мозг иногда и опухает, то фаранитус и сарсам суть особые названия для опухоли оболочки мозга, когда опухоль горячая, хотя в некоторых местах3 эти названия4 распространяют и на опухоли вещества мозга, и таково‘ употребление, присвоенное этим названиям, но только они перенесены с признаков, обязательно сопровождающих это заболевание, [на самое заболевание]. Такие признаки — это бред, помрачение сознания и сжигающий жар, и название [сарсам] в общеупотребительном смысле относится к этим признакам, а в специальном смысле — к опухоли [мозговых оболочек]. Подобное перенесение [названия] сходно с перенесением названия признака, а именно потери памяти, на заболевание, вызывающее и обусловливающее этот признак, то есть на холодный сарсам. Когда [слово] сарсам употребляют в общепринятом смысле, то в это [понятие] входит и мозговой сарсам, то есть заболевание, о котором идет речь. Некоторые люди, не знающие [различных значений] слов, считают, что барсам — это название опухоли [мозговых оболочек], а сарсам — нечто более легкое. Однако это отнюдь не так. Барсам — персидское слово: бар — это грудь, а сам — опухоль; сарсам — тоже персидское слово; cap значит голова, а сам — опухоль или болезнь5, .

Врач и его пациент (Миниатюра из персидской рукописи, хранящей* ся в Британском музее).

Сарсам — это также [заболевание], возникающее при лихорадках и от жгучих соков в устье желудка, или [болезнь], которая иногда возникает вследствие опухоли в [различных] областях головы, снаружи или в наружной оболочке [черепа]1.

Такая опухоль возникает в различных местах, соответствующих различным частям мозга. Иногда в этом соучаствуют две части мозга или опухоль распространяется на все его части, но чаще всего ствол [опухоли] утверждается близ передней полости или в средней части [мозга]. Источником ее является кровь — или желтая2, или чисто красная, или перегоревшая, похожая на черную желчь; в этом [случае опухоль] очень злокачественна. Подобная [опухоль] чаще всего происходит как будто только от желчной, а не от чистой крови, или от самой желчи и, видимо, не разрешается иначе, как потом или кровотечением из носа. Нередко опухает оболочка [мозга] и сосуды, выходящие из головы, так что при этом едва не раскрываются швы [черепа].

Если фаранитус [ сопровождается] помрачением сознания, проявляющимся в [смене] плача и смеха через короткие сроки3, то это дурной [признак]. Так же [нехорошо], если [в фаранитус] переходит вос^ паление легких, ибо это указывает на большую разгоряченность сока; то же самое, если [воспаление легких] переходит в ложный [сарсам\. Когда появляется длительное ощущение тяжести в области головы и шеи, а затем начинаются судороги и рвота цвета ярь-медянки, то больной тотчас умирает; || наибольшая отсрочка — день или два, если силы21а [больного] значительны.

человек с опухолью в области мозга, имеющий водянистую мочу, избавился [от болезни]. Часто фаранитус разрешается благодаря почечую, когда из [шишек] потечет [кровь], а иногда [сарсам] становится холодным и переходит в литаргус; бывает и так, что [больной], избавившись от [фаранитуса], впадает в сухотку или безумие. Ложный [сарсам] часто переходит в истинный; старики редко избавляются от болезни фаранитус.

Некто, притязающий на звание врача, утверждал, будто иногда возникает заболевание, похожее на фаранитус, [но] без лихорадки, и то, что нет лихорадки, [якобы] указывает на отсутствие опухоли. «Однако,— говорил он,— такой больной сильно беспокоится и мечется; он не может оставаться в покое и чуть ли не лезет на стенку; он испытывает сильное раздражение, тоску и жажду, дыхание становится у него стесненным, и когда он пьет воду, то давится ею и извергает ее назад». Говорят также, будто [это заболевание] большей частью убивает в тот же день и лишь редко затягивается до четвертого дня. Никто от него не спасается, и у [некоторых] даже чернеют лицо и язык, глаза застывают1 и состояние больных напоминает состояние убитых горем. В дальнейшем движения их становятся вялыми, пульс падает, и они умирают, причем чаще всего умирают от удушья. Иногда ты видишь, что [такой больной] бегает, затем падает и умирает. Я скажу: весьма вероятно, что причина этого заключается в соучастии мозга с каким-нибудь другим благородным органом, например, с дыхательными мышцами; если в [этом органе] появляются сильные судороги или какое-либо другое повреждение, ведущее к удушью, то [повреждение] переходит на мозг, расстраивает его и портит, помрачает разум и вызывает жажду, высушивая область горла, головы и груди.

Признаки. Что касается признаков, общих для различных разновидностей истинного [сарсама], то это постоянная сухая лихорадка, разыгрывающаяся в полдень, бред, который то усиливается, то прекращается, нежелание и неохота говорить, расстройство ума — чаще на четвертый день, бессмысленные движения конечностей, беспокойство, ^беспорядочное, но большое дыхание2, частое подтягивание ложных ребер вверх; подергивание членов при этом или до этого предвещает [сарсам]. Сон при [сарсаме] бывает беспокойным, больные при пробуждении кричат. Они то спят, то не спят, и чаще всего сон у них тревожный, расстроенный, с видениями и дурными, страшными грезами, и просыпаются они взволнованные, с криком3. [Такие больные] проявляют грубость, дерзость и гнев, больший, чем всегда; они не любят яркого света и отворачиваются от него, язык у них сильно дрожит и становится шершавым, и они прикусывают его. Нередко язык у них опухает и пропадает голос. Когда им захочется воды, они пьют ее понемногу, в

небольшом количестве, и позыв на воду у них невелик. У таких [больных] часто застывают конечности независимо от внешнего холода. (46) Моча у них скорее жидкая и разреженная, а пульс — твердый, так как опухоль находится в органе, богатом нервами, малый вследствие твердости сосуда и слабости силы и сдавленный из-за наличия материи. Пульс [их сохраняет] некоторую силу, если только они не близки к опасности1, ибо сухость сжимает2 и усиливает [пульс], и конец сжатия и начало расширения [наступают] скорей. При пилообразности [их пульс] не лишен некоторой волнообразности, поскольку мозг есть влажное вещество. Иногда бывает, что пульс [таких больных] ^неоднократно становится большим3 вследствие необходимости [в охлаждении]4 или частым, или неровным в расположении частей5, или дрожащим. Все это—■ один из предвестников обморока, если только, конечно, неровность, дрожание и неустойчивость [пульса] не принадлежат к разновидности, обусловленной твердостью сосуда и значительностью сил [больного]; тогда это не предвещает обморока.

Если ты видишь признаки острых заболеваний и тяжелых лихорадок и естество у больного заперто, то это предвещает сарсам и как будто является [его] верным предвестником. Фаранитусу предшествует забвение недавних событий, беспричинная печаль, дурные сны, частые головные боли, тяжесть [в голове] и переполнение. В большинстве случаев ему предшествует также пожелтение лица, длительная бессонница и беспокойный сон.

Пока соки направляются к мозгу, кружат в его сосудах и перели-216 ваются [там, все] эти признаки усиливаются, а когда они подходят к [самому] мозгу и мозг впитывает материю, [больные] начинают ощущать боль в задней части головы, у затылка, в особенности при желчной [опухоли]. Когда же они [окончательно] впадают в недуг и мозг опухает, то у них сначала сильно высыхают глаза, а потом они начинают слезиться, в особенности какой-нибудь один глаз6. Нередко у них сильно краснеют сосуды [глаз], а иногда за этим следует капельное [кровотечение] из носа. [Больные] часто трут глаза и стремятся держать в покое и неподвижности большинство членов тела, за исключением рук. Они болтают руками, подбирают сор7 и соломинки и чаще всего делают это зажмурившись, а иногда злобно тараща глаза. Порой они ленятся говорить ясно и только двигают языком. Нередко у них наблюдается истечение мочи по каплям, причем они это замечают, [а иногда и] не замечают. При лихорадках это один из верных признаков сарсама в собственном смысле8. Они не чувствуют болей в органах, если боли есть, и даже не ощущают грубого прикосновения к болящему органу.

Добавим еще и скажем: когда опухоль возникает в.передней части [мозга], она расстраивает воображение, и [больные] начинают собирать пушинки с одежды, соломинки и тому подобный [сор] со стен, и им представляются несуществующие образы. Если же [опухоль] появляется в средней [части мозга], то расстраивается мышление и [больной] путается в том, что знает, и говорит много вздора.

Когда же опухоль охватывает [мозг] со всех сторон, то появляются все эти признаки. Если при этом опухает также и вещество мозга и материей, образующей опухоль, является кровь, то краснеют глаза и лицо, причем глаза сильно выпучиваются; когда же материей, образующей опухоль, является чистая желчь, то глаза и лицо желтеют. На [помрачение сознания] вследствие соучастия указывает то, что оно появляется сразу и следует за расстройством состояния какого-либо другого органа. [Заболевание проявляется] приступами при приступах обострения [расстройства соучаствующего органа], ослабевает с его ослаблением и усиливается с его усилением1.

[Помрачение сознания] от мозгового сарсама появляется постепенно и ему сопутствуют признаки истинного сарсама, которые проявляются раньше, а потом возникает заболевание [соучаствующего органа]. При ложном [сарсаме, наоборот], предшествуют заболевания другого органа, а потом появляются признаки [сарсама]. Если же [сарсам] возникает из-за грудобрюшной преграды и мышц груди, то ему предшествуют признаки барсама и плеврита: колющая боль в боку при вздохе, стеснение дыхания, пилообразный пульс, кашель, сначала сухой, который в большинстве случаев становится потом влажным и дает мокроту. [Заболевание] сопровождается постоянной лихорадкой, производящей наибольший жар в области груди, а при истинном [сарсаме]—в области головы; при этом усиливается подтягивание ложных ребер кверху. Особенностью этого заболевания является ощущение боли в верхней части черепа, не охватывающей его целиком; (47) признаки, упомянутые в предшествующем, проявляются не сильно и они немногочисленны, дыхание [больного] делается неровным, то слабеет и учащается, то становится, большим, скорее переходит в малое и слабое, а иногда становится похожим на стенание. При истинном фараниту- се дыхание ближе к большому и даже [просто] большое. Оба вида сарсама сходны в отношении сильного помрачения сознания, но последующий сарсам2 отличается от истинного сарсама тем, что

степень [помрачения сознания] зависит от силы лихорадки и уменьшается с уменьшением лихорадки. Что касается [сарсама], возникающего от [скопления] сока в устье желудка, то при нем ощущается жжение в устье желудка, тошнота, жажда и горечь во рту. [Сарсам], обусловленный заболеваниями1 других органов, распознается по явным [признакам] состояния этих [органов]. Пока эти [признаки] не проявятся отчетливо, они не приводят к помрачению сознания и явному сарсаму2.

Расскажем теперь о признаках различных видов истинного сарса- ма и скажем: первым признаком [сарсама], возникающего от крови, является то, что всем его общим проявлениям, упомянутым выше, сопутствует смех. Наблюдается также капельное кровотечение из носа, дыхание [больного] становится большим, глаза у него слезятся и гноятся. Поражающая его бессонница не так уже сильна; шершавость языка приводит к покраснению, переходящему в черноту, а потом [язык совершенно] чернеет. При этом язык становится тяжелым, и нередко [больному] не хочется разговаривать из-за тяжести языка; представляющиеся ему призраки красного [цвета], *сосуды лица и глаз переполнены3; [больной] то и дело садится и встает без всякой надобности. При [cap- саме] от чистой желчи [больной]||часто не спит [по ночам], глаза у него очень сильно высыхают, язык становится очень шершавым и сначала желтеет, потом чернеет. Лихорадка усиливается, увеличивается стремление тереть глаза, [больной] видит [всякие] желтые вещи, в его свойствах появляются дикость, неистовство и страсть к ссорам; он становится в такое положение, словно хочет драться, у него утончается нос, особенно на конце, а [мышцы] лба сильно тянет кверху. При [capсаме], возникающем от перегоревшей желчи,— а это [сарсам] злокачественный, губительный,— первым признаком является то, что всем его проявлениям сопутствует помешательство, раздражительность, большое дыхание и беспорядочные движения; глаза у больного мутные. Это [заболевание] похожее на субара и как будто тождественно с субара.

Что же касается признаков перехода сарсама [в другие заболевания], то если он переходит в литаргус,— а это более благоприятно для больных,— ты замечаешь, что глаза у [больного] ввалились и он подолгу держит их закрытыми, у него течет слюна, пульс становится медленным и мягким. Признаки перехода [сарсама] в сакакулус, то есть в опухоль [вещества] мозга, состоят в том, что появляются признаки сакакулуса, черная часть глаза не видна и по временам видны [одни] белки; [больной] не хочет лежать иначе как навзничь, живот у него вздут, ложные ребра напряжены, члены часто подергиваются. Признаком перехода [сарсама] в сухотку является впалость глаз, успокоение лихорадки, сухость тела, малый и твердый пульс. Признаки перехода сарсама в спазмы мы приводим в параграфах о спазмах.